Бегство от Бессмертия

Нет, сейчас приступ пройдет, и я снова окажусь в аудитории или в нашей с Настей комнате. Я хотела слишком много. Время шло, но ничего не происходило, нужно было возвращаться, а у меня с собой не было ни сумки, ни телефона, ни денег. И я отправилась пешком, благо представляла, где нахожусь.

Домой я притащилась часа в два ночи, и что удивительно совершенно не уставшая, а бодрая, как, будто только что вылезла из кровати. Опухшая от слез, подруга открыла дверь и кинулась мне на грудь:

– Юлия, ты, где была, я чуть с ума не сошла, выскочила из универа и растворилась в воздухе.

Я думала, что у меня глюки.

Я не стала слушать все ее всхлипы в голове, я представила, что затыкаю бутылку, из которой льется вода, пробкой. И сразу стало на много тише.

– Не переживай – это я сошла с ума, все нормально, иди, ложись спать, на тебе лица нет.

Она вцепилась в меня мертвой хваткой:

– Я за тебя переживала

– Я знаю, я схожу в душ и приду, ложись.

Измученная подруга поплелась в кровать, а я ванную.

Когда я зашла в комнату, Настя спала и видела сон про своего первого парня, подарившего ей большую шоколадку. Я это видела очень ясно, как в кино. Опять пришлось запечатать бутылку. Прилечь я даже не пыталась, знала, все равно не усну. На улицу не хотелось, протянула руку и взяла с полки первую попавшуюся книгу. Это оказался англо– русский словарь, ну что ж почитаю.

Ночью я так и не сомкнула глаз, чтобы не шарахаться по коридору и не мешать спать соседке, я уселась на кухне на единственный табурет.

Так и просидела до утра, бездумно перелистывая страницу за страницей, пока заспанная Наска не появилась в дверях и не поинтересовалась, что у нас на завтрак. Завтракать мне не хотелось, впервые в жизни. Обычно по утрам я голодная, но не сегодня. Перевернув последнюю страницу словаря, я поднялась со словами:

– Не знаю, что-нибудь посмотри в холодильнике.

Настя по привычке протянула руку, чтобы проверить температуру, но под моим взглядом стушевалась и пощупала голову себе. В кармане ее халатика заиграла музыка, телефон, девушка просияла, это – он, любимый.

– Откуда у тебя эта дурацкая мелодия, – спросила я.

Наска подняла брови:

– Славик поставил, перед тем как слинять.

– «Телки – злюки, телки дуры», хороший подарок и главное, прекрасная память…

– Что?! Откуда ты знаешь, здесь по-английски, – она уставилась на словарь в моих руках.

Мне стало не по себе. Я в раздражении бросила книгу на стол, сбив Наськину любимую чашку.