Дар Прозерпины

Проводник первого вагона отворил дверь, выпуская прибывших пассажиров. Те желали ему «доброго пути», он кивал и улыбался. Нашлось двое покидающих город, проводник проверил у них билеты и напомнил номера мест. Женщине помог донести багаж до купе. Потом вышел на платформу покурить. К нему подошел проводник второго вагона. Со стороны вокзала показались двое обходчиков подвижного состава.

– А, Петрович! – окликнул проводника первого вагона один из них. – Как жив-здоров?

– Привет-привет, Станислав Сидорович, – откликнулся проводник, – помаленьку.

А вы тут как? Ходят слухи, у вас тут какие-то нелады…

– Какие это такие нелады?

– Ну, вроде как обстановка какая-то неспокойная.

– А откуда слыхать?

– Из прессы, – многозначительно произнес проводник.

– А-а. Ну, если из прессы.

– Что пишут-то? – спросил второй, молодой обходчик, видимо, стажер, приставленный к Станиславу Сидоровичу набираться опыта.

– Всякое. – Петрович пыхнул сигаретой и на молчаливую просьбу обходчиков предложил им тоже закурить.

Станислав Сидорович посмотрел на марку сигареты, пробормотал что-то вроде: «совсем слабенькие», но не побрезговал и затянулся.

Постояли. Второй проводник глянул на часы.

– Скоро отправляемся, пошли, Петрович.

– Пошли, – с готовностью согласился проводник первого вагона, – ну, бывайте, мужики.

– И вам не хворать, – ответил старый обходчик.

* * *

– Рассказывайте, – велел Иванов Иван Иванович Фрумкину, – итак, начнем по порядку, с чем пожаловали?

Стремление быстрей оказаться в комнате отдела доставки куда-то сразу улетучилось, и появилось нехорошее ощущение допроса… Фрумкин уже начал жалеть не только о том, что он поддался на уговоры Подольского вскрыть письмо, но и о том, что прибежал сюда.

Зачем? Да еще умудрился притащить с собой Виктора, да и еще обогнал его на секунду. Фрумкин переминался с ноги на ногу, не решаясь выбрать, с чего же все-таки начать.

– Смелей, смелей, Лев! – подбадривал его Иванов. – Итак, вы вскрыли письмо…

– Откуда вы это знаете?! – выпалил удивленный Фрумкин.

– В противном случае вас бы здесь не было. Да и, по совести сказать, вы его бы сейчас не держали вскрытым в руках. – Приторная улыбка не покидала Иванова, становясь все саркастичней. Он стал напоминать кота, играющего с полумертвой мышкой.

Фрумкин только сейчас обнаружил, что держит в руке открытый конверт.

– Мы… Ну… Ну…

– Может быть, вы попробуете объяснить, гражданин Подольский? – осведомился Иванов, приблизившись к парочке.