Детектив от Иоанна

Отдернул шторку, за которой находилась дверь туалета, и только тогда услышал, как полицейские хором крикнули ему, будто служебной собаке:

– На место!

Но Аулис уже отгородился от них шторкой, аккуратно врезанная в перегородку дверь была рядом, а за ней, так волнующе близко, его ждал компактный толчок из нержавейки. Разве можно возвращаться, когда до желанной цели всего шаг? Аулис взялся за ручку, но дверь вдруг раскрылась, и он увидел перед собой блондина в наручниках. Аулис посторонился, пропуская его, но блондин вовсе не торопился переступить через порог.

Кинув быстрый взгляд на задернутую штору, он тихо спросил:

– Рашн?

Аулис тоже глянул на шторку, почему-то пожал плечами и не очень уверенно ответил по-русски:

– Вообще-то я карел.

– Турист из России, значит, – по-своему понял блондин, глядя на Аулиса, как на родного и очень богатого брата, которого не видел много лет. – А меня вот как… – Он приподнял скованные руки. – По ложному доносу… Обидно, знаешь…

– Жаль, – пробормотал Аулис, желая как можно быстрее закончить разговор с этим экстрадированным земляком.

– Ты ухо держи востро… – предупредил блондин. Он хотел еще что-то добавить, но Аулис быстренько подвел черту:

– Ладно, – и зашел в туалет.

Он запер дверь и, глядя на то, во что превратилась выпитая им пепси-кола, подумал о блондине. Вот как мир тесен! У черта на Куличках соотечественника встретить можно. Вляпался мужик. Говорит, по ложному доносу… Но верится с трудом.

Скорее, он воришка или контрабандист. А может расист, апартеидчик и сегрегатор. И нечего с ним в разговоры вступать. А то моргнуть не успеешь, как завалит просьбами: спасай, зёма! перегрызи наручники, замочи полицейских, потому что родина у нас одна, да и я белый и пушистый…

Он вышел в тамбур, отряхивая от воды вымытые руки, отдернул занавеску и направился по проходу на свое место. Полицейские молча сопели, а вот блондин буквально прожигал Аулиса взглядом.

Этот взгляд Аулис нутром чувствовал, хотя смотрел себе под ноги. "Только не смотри на него! Только не взгляни!" – внушал он себе, но тут словно черт его дернул, и Аулис повернул голову. И взгляд – глаза в глаза! И Аулису сразу стало жалко блондина и стыдно за свою черствость. И полицейские это увидели и поняли. А блондин – подлый пакостник! – еще вскинул скованные руки вверх и громко крикнул:

– Спасибо тебе, земляк!

А потом еще и подморгнул.