Детектив от Иоанна

Если проявить настойчивость, то везде можно добиться справедливости, даже в такой экзотической стране, как эта. А командировка, даже если принять во внимание все ее минусы, все же чудесная! Чего стоит только отбивная из хардербиста, которую Аулис съел в маленьком ресторанчике на площади перед аэропортом. А сколько подобных хардербистов ждут его впереди, после подписания договора!

– Не пожалеешь? – вдруг спросила администратор, глядя себе под ноги, словно обращалась не к Аулису, а большому черному жуку, преодолевающему трещинку на асфальте.

– С какой стати я должен пожалеть? – удивился странному вопросу Аулис и пожал плечами. – Вы хотите посадить меня на какой-то особенный самолет? Без окон, колес и крыльев?

– Можно сказать, что так, – с расплывчатым намеком ответила администратор. – Здесь лучше покориться судьбе.

– Что значит покориться? – не понял Аулис.

– Если не получилось улететь, то не стоит проявлять настойчивость. Судьба тебя оберегает.

"Ага, сейчас! – подумал Аулис.

 – Это она нарочно пугает меня. Ей выгодно, чтобы я отказался лететь. Деньги-то уже заплачены!"

Две полицейские машины, мелкие, приземистые, как недоразвитые самолеты, промчались мимо, сверкая мигалками. Увидев их, администратор искоса посмотрела на Аулиса. Она хотела увидеть, как он отреагирует, поймет ли, что это тоже дурная примета. Машины не остановились рядом с терминалом, а помчались дальше, ловко пробегая под крыльями могучих "Боингов", как мелкие рыбешки под плавниками акул.

Но для опаздывающего на деловую встречу Аулиса это был совершенно прозаичный и не значащий ничего эпизод, и он тотчас забыл бы про машины, если бы они не подкатили к небольшому красному самолету с нарисованным на киле пшеничным колоском.

– Твой самолет, – как бы невзначай обронила администратор.

Теперь Аулис со слабым интересом наблюдал, как два чернокожих полицейских в песочной форме подводят к самолету белого мужчину. Поток горячего воздуха взъерошил волосы на его голове, отчего они стали похожи на желтые языки пламени.

Это был блондин, возможно, единственный в обозримом пространстве, если не считать самого Аулиса, унаследовавшего от своих далеких карело-финских предков прозрачно-белесые кудерюшки. Когда блондин, поднявшись по стремянке к двери, пригнул голову и перешагнул порожек, Аулис заметил, что его ладони опущены и сведены у самой ширинки, словно блондин на ходу сжимал причинное место. "Да он же в наручниках!" – догадался Аулис.