Врата небесные

Сквозь шум льющихся струй я с интересом улавливал крики птиц, биение их крыльев, отчетливый плеск реки и огромность пространства, которую мог предположить благодаря эху.

Я с двойственным чувством примеривался к своему телу, как если бы оно одновременно было моим и не моим, чужим и родным: чужим, потому что я видел стройные икры атлета, каштановые волосы молодого парня, обветренную кожу охотника; родным – потому что узнавал каждую подробность.

Долго же я спал, зевнув, подумал я.

И снова улегся на спину. Мои зрачки уперлись в усеянный алмазами капель светлый известняковый потолок.

Нахлынули беспорядочные воспоминания. Они ворвались в мое сознание, как скандалисты, вышибив дверь плечом. В них было Озеро – Озеро моего детства, на берегах которого я безмятежно рос, величественное и притягательное. Затем появилась Волна, предвестница Потопа; она принесла лица Мамы, Барака, Нуры и Тибора. Потом обрушившийся на нас грозовой разряд и исчезновение Нуры. И наконец раскрытие моей странной участи: не стареть.

Тогда, при мысли о моем сыне Хаме, о его последнем вздохе и о моих странствиях, меня переполнило отчаяние… Все возникало в голове с быстротой того стихийного бедствия, что уничтожило наш Древний Мир. За несколько секунд воспоминания вернулись, и я снова стал самим собой.

Я сел. Ощупал почву, передвинулся к краю, сунул руку под струю ледяного водопада. Где я? Может, я пребываю в царстве мертвых? Впрочем, все вокруг меня обладало плотностью реального.

Каким чудом мне удалось выжить после казни?

Я припомнил последние события: погребение сына, мое вступление в отряд наемников, озлобленность, с какой я убивал врагов, на которых мне указывали, мое преступление, приговор, деревянная плаха – я положил на нее голову, поднятый топор палача, свист лезвия в воздухе, удар, ощущение жжения в шее и темнота…

– На помощь! – прижав ладони к шее, крикнул я.

 – На помощь!

Я ощупал затылок, челюсть и кадык: никаких следов или боли. Я задыхался и обливался потом. Сердце бешено колотилось, желудок свело судорогой, к горлу подступила тошнота.

Удивление постепенно сменилось ужасом. Как это возможно? Меня обезглавили, и вот я обнаруживаю себя в какой-то пещере, живым, невредимым и даже без единого шрама!

Я встал. Кровь вскипала у меня в венах.

– Есть здесь кто-нибудь?

Ответом мне было лишь немолчное и безразличное завывание водяных потоков.

– Никого?

Я не соглашался на это одиночество, мне хотелось, чтобы меня встретили, чтобы мне все объяснили.