Рыцарь курятника

– И еще двое других, – сказала Нисетта.

– Это доктор Кене и виконт де Таванн.

– Боже мой! Зачем они сюда приехали? – спросила Нисетта с любопытством.

– Вот другая карета! Это мой отец! – вполголоса произнес Ролан.

– Бедный Доже! – сказала Кино, возвращаясь к постели. – Как он, должно быть, огорчен.

Приезд двух карет, герцога Ришелье и начальника полиции, произвел впечатление на толпу, окружавшую дом. Жильбер сделал шаг назад, бросив в зеркало быстрый взгляд, как бы желая рассмотреть свое лицо; потом, закинув на стул плащ, которого он до сих пор не снимал, стал ждать.

Сабина не делала ни малейшего движения; она не поднимала глаз. Ступени лестницы заскрипели под ногами людей, приехавших к придворному парикмахеру.

ХII Летаргия

Человек с бледным лицом, выражающим страшное горе, вбежал в комнату.

– Дочь моя!.. – произнес он, запинаясь. – Дитя мое!..

– Батюшка! – воскликнул Ролан, бросаясь к Доже. – Будьте осторожны!

– Сабина!..

Он подошел к постели. В эту минуту герцог Ришелье, начальник полиции и доктор Кене вошли в комнату.

Мадемуазель Кино пошла к ним навстречу.

Доже наклонился над постелью Сабины; он взял руку девушки и прижал ее к груди. Глаза его, полные слез, были устремлены на бледное лицо больной. Глаза Сабины были полузакрыты. Она лежала совершенно неподвижно.

– Боже мой! – прошептал Доже. – Боже мой! Она меня не видит, она меня не слышит! Сабина! – продолжал он, наклонившись к ней. – Дочь моя… мое дитя… неужели ты не слышишь голоса твоего отца? Сабина, взгляни на меня! Сабина!.

. Сабина!..

Подошедший доктор тихо отстранил Доже.

– Доктор!.. – прошептал придворный парикмахер.

– Отойдите, – сказал Кене тихим голосом. – Если она придет в себя, малейшее волнение может быть для нее гибельно.

– Однако я…

– Перейдемте в другую комнату. Успокойтесь и предоставьте действовать мне.

– Уведите его, – обратился доктор к Ролану и Нисетте.

– Пойдемте, батюшка, – сказал Ролан.

– Через пять минут вы вернетесь, – прибавил Кене.

Нисетта взяла за руку парикмахера.

– Пойдемте, пойдемте, – сказала она. – Жизнь Сабины зависит от доктора, будем повиноваться ему.

– Боже мой! – вскричал Доже, увлекаемый Нисеттой и Роланом. – Как это случилось?

Все трое вышли в сопровождении двух служанок, которых доктор отослал движением руки.

Кино стояла возле кровати. Жильбер остался у окна, самого удаленного от кровати, и под полуопущенной занавеской не был замечен доктором.