Рыцарь курятника

Зеркало, прибитое над комодом, отражало миловидное лицо мадемуазель Кино.

Две служанки стояли у входа в комнату и, по-видимому, ждали приказаний.

Остановившись на пороге, пришедший обвел глазами комнату. Взгляд его остановился на раненой, и лицо покрылось чрезвычайной бледностью. Как ни тихо он вошел, но шум растворившейся двери заставил девушку, сидевшую в кресле, повернуть голову. Она вздрогнула и поспешно встала.

– Брат! – воскликнула она, подбежав к только что вошедшему человеку, который остался неподвижен.

 – Вот и ты наконец.

Молодой человек также обернулся. Вошедший медленно подошел и печально поклонился мадемуазель Кино, потом приблизился к кровати и остановился. Лицо его выражало глубокую печаль. Он вздохнул.

– Значит, это правда? – спросил он.

– Да, Жильбер, правда, – сказал молодой человек, в отчаянии качая головой. – Мою бедную сестру чуть не убили сегодня.

– Кто мог совершить подобное преступление? – продолжал Жильбер; глаза его вдруг сверкнули. – Кто мог ранить Сабину?

– Без сомнения, разбойники, разгуливающие по Парижу и наводящие ужас на парижан.

Вошедший рассматривал Сабину с пристальным вниманием. Молодая девушка приблизилась к нему.

– Брат, – сказала она, бросаясь ему на шею, – как я несчастна!

– Не теряй мужества, Нисетта, не теряй мужества! – подбодрил Жильбер. – Не надо отчаиваться.

Тихо высвободившись из объятий девушки, он взял за руку молодого человека и увлек его к окну.

– Ролан, – сказал он решительным тоном, – не подозреваешь ли ты кого-нибудь?

– Абсолютно никого!

– Говори без опасения, не колеблясь.

Я должен знать все, Ролан. – И прибавил после минутного молчания: – Ты знаешь, что я люблю Сабину так же, как люблю Нисетту. Ты должен понять, какое горе, беспокойство и жажду мщения испытываю я.

Ролан пожал руку Жильберу.

– О! Я чувствую то же, что чувствуешь ты, – ответил

он.

– Отвечай мне откровенно: не внушила ли Сабина кому-нибудь такой же любви, какую чувствую я?

Жильбер пристально смотрел на Ролана.

– Нет, – отвечал тот твердо.

– Ты в этом уверен?

– Так же уверен, как ты в том, что Нисетта не любит другого.

На улице послышался шум приближающейся кареты; толпа зашевелилась.

– Перед домом остановилась карета, – сказала одна из служанок.

– Это вернулся Доже, – добавил Жильбер.

– Нет, – возразила Кино, которая подошла к окну и смотрела на улицу, – это герцог Ришелье.

– И Фейдо де Марвиль, начальник полиции, – прибавил Ролан.