Рыцарь курятника

– Дочь моя! – сказал Доже со слезами в голосе.

– Отец мой! Мне гораздо лучше, – прошептала Сабина.

Нисетта, Ролан, Жильбер вошли в комнату, а за ними

друзья и служанки. Подмастерья остановились на площадке, не смея войти. Сердца всех учащенно бились, на лицах отражалось сильное волнение.

– Она может говорить, – сказала Кино.

Ролан и Нисетта подошли ближе. Жильбер остался позади.

– Как хорошо вернуться к жизни! Мне казалось, что я умерла, – тихо продолжала Сабина. – Подойдите все, я хочу всех видеть… Боже мой!.

Взор ее, попеременно устремлявшийся на каждого из окружавших ее, остановился на Жильбере, который стоял поодаль. Глаза ее моментально оживились.

– Сабина! – обратился Жильбер, приближаясь к ней. – Сабина! Что с вами случилось?

– Зачем вы мне писали? – отвечала Сабина, устремляя на него взгляд.

– Я вам писал? – спросил Жильбер с нескрываемым удивлением.

– Это письмо и послужило причиной моего несчастья! – прошептала Сабина.

– Но что вы хотите сказать?

– Я говорю о письме, которое вы мне прислали…

– Я вам прислал письмо? Когда?

– Вчера вечером…

– Я… Я вам писал вчера вечером?

В его тоне было такое изумление, что все присутствующие переглянулись и подумали, что Сабина еще не пришла в себя.

– Она еще в бреду, – прошептал Доже.

– Нет, батюшка, нет! – с живостью откликнулась Сабина, услышав его слова.

– Но я вам не писал, – сказал Жильбер.

Сабина удивилась.

– Вы мне не писали прошлой ночью? – спросила она.

– Нет.

– Вы не подготовили для меня письма, которое оставили где-то?

– Нет.

Сабина провела рукой по лбу.

– Боже мой! – воскликнула она. – Это ужасно! Ты был ранен? – вдруг спросила она Ролана.

– Я? – удивился Ролан. – Нет, сестра, я не был ранен.

– Ты не был ранен прошлой ночью, работая в мастерской?

– Я не получил даже ни малейшей царапины.

– Боже мой! Сжалься надо мной! – взмолилась Сабина с глубоким горестным стоном.

В комнате наступило молчание. Все переглянулись. Жильбер приблизился к постели.

– Мы должны знать все, дорогая Сабина, – начал он кротким голосом. – Теперь, когда вы нас узнали и можете говорить, позволите ли вы расспросить вас?

– Да.

– Вы чувствуете в себе силы отвечать?

– Да.