Рыцарь курятника

 – Как?! Моя сестра стала жертвой ужасного злодеяния, а ты не хочешь объяснить нам, ее отцу и брату, обстоятельств, связанных с этим преступлением?! Еще раз повторяю: берегись! Раз ты отказываешься отвечать на наши вопросы, значит, ты – виновна.

– Думайте что хотите, – сказала Иснарда, – я поклялась и не буду говорить до тех пор, пока мадемуазель мне не прикажет.

Губы Жильбера побледнели, а брови нахмурились; он был в бешенстве. Глубокое изумление отразилось на лицах

женщин. Подмастерья, по-видимому, ничего не понимали.

Добрый Рупар с начала допроса таращил глаза, раскрывал рот, делал гримасы, что, по словам его жены, обнаруживало в нем большое усилие мысли.

Настала минута тягостного молчания, которое Рупар прервал первый.

– Как это все смешно! – воскликнул он. – Очень смешно!.. Так смешно, что я даже не понимаю ничего! Эта девушка не говорит: можно подумать, что она немая, но…

Жильбер схватил руку Иснарды:

– Ради жизни Сабины ты будешь говорить?

– Нет, – отвечала служанка.

– Ты не хочешь?

– Не хочу.

– Ну, когда так…

– Месье Доже! Месье Доже! – послышался громкий голос с верхнего этажа.

Доже вскочил.

– Что такое? – спросил он хриплым голосом.

– Идите сюда скорее! – доносился тот же голос.

– Боже мой! Что опять случилось? – произнес несчастный отец, прислонившись к косяку двери.

Раздались легкие шаги, и в комнату вбежала Нисетта; она казалась глубоко взволнованной.

– Скорей! Скорей! – торопила она. – Вас спрашивает Сабина.

– Сабина? – закричал Доже.

Он помчался вверх по лестнице, как сумасшедший, которого ничто не может остановить.

– Месье Ролан! Месье Жильбер! Ступайте и вы также,

– продолжала Кино.

– Сабина очнулась? – спросил Жильбер, взяв за руку Нисетту.

– Да, – отвечала молодая девушка со слезами на глазах,

– она пришла в себя, узнала нас, поцеловала и спрашивает вас.

– Пойдемте! – закричал Ролан.

Жильбер схватил Иснарду за руку.

– Ступай и ты! – сказал он. – Теперь мы узнаем все.

XVI Ночное приключение

Сабина с лицом уже не столь бледным и с полуоткрытыми глазами сидела на постели, поддерживаемая рукой мадемуазель Кино.

Очаровательно выглядела эта молодая женщина во цвете лет и красоты, в блистательном наряде, окружившая заботами юную девушку, еще больше похорошевшую от страданий и в которой теперь возрождалась жизнь.

Доже, опасаясь повторения кризиса, осторожно подошел к Сабине. Та нежно улыбнулась, увидев отца, и протянула ему бледную руку.