Александр и Роксана

Тогда царь понимает, он в курсе всего, что происходит около ставки и среди его войска. Вот и в этот раз, понимая, что он самый старший по возрасту, что никто не начнет говорить раньше него, а также для того, чтобы разговор принял направление, соответствующее мыслям царя, Лисимах неторопливо заговорил.

– Царь… Скажу, как твой наставник. И по отдельности, и объединившись, Греция и Македония никогда не одерживали такой великой победы. Далеко за пределами Эллады тысячи наших соотечественников обрели вечный покой.

Их смерть была достойной, кровь их священна. Все они великие сыны Эллады. Тысячи мужчин вернулись на родину ущербными калеками. Да и сейчас немало раненных, больных воинов. Победоносные воины Панэллинского союза прошли мириады земель, прошли огонь и воду, шли против стрел. Одержали победу. Тут нет людей, на которыми не нависала угроза. И рядовые фалангисты, и теолиды – все воины яростно сражались, глядя на своего царя. Сегодня в Панэллинском союзе и огромной Ахеменидской империи есть только один царь. Это Александр. Персы признают Александра своим царем. Этому событию нет и года. От того, что персы и их дети за два-три месяца примут природу греков или македонцев, они не умрут. Их надо на протяжении многих лет держать в этой кротости. Нынешние люди состарятся, за ними придет новое поколение. Мы должны добиться того, чтобы оны уяснили, что царство, лежащее на территории от Балкан до Индии, является общей для всех родиной. Для этого мы перестанем трогать персидских детей и начнем относиться к ним по-доброму. Сатрапам не дадим повода сеять смуту и подстрекать к этому других. Правда, и нельзя давать им расслабляться. Представители царя, который опирается на крепкий вооруженный центр, будут его глазами и ушами на местах… Только так мы исполним мечту наших соратников, принесших себя в жертву. Установим в мире господство панэллинского оружия. А если мы сами устроим междоусобную грызню у своего же очага, то грош цена этой победе… Это моя сегодняшняя точка зрения. Здесь сидят сподвижники великого Александра, рожденного от самого Зевса, творцы нынешней победы. Ну, кто что думает, что скажет?

Птолемей резко заговорил, словно боясь не найти слов, если выскажется в конце.

– Я тоже временами не понимал, играет ли царь, устанавливая персидские порядки, или же он делает это осознанно. Теперь я стыжусь того, что сам не понял, какая дальновидная политика стоит за всем этим. И ведь правда.