Александр и Роксана

Ударили ножом в спину. Если бы не хваткость Антипатра, в стране была бы порядочная свара. Лишь под влиянием силы эти болтливые лже-вожди снова попрятались и притаились в своих норах. Разве мы не отправились отомстить за них? А теперь…

Александр направил свой указательный палец на золотой трон.

– Когда владелец этого трона дважды терпел неудачу, и народ, и сатрапы его не поддались волнению. Сейчас они печальны. Но эллинская армия не стала разрушать пройденные земли. К следующей весне эта страна снова расцветет, этот жизнеспособный, жаждущий добра народ снова начнет строить свое счастье.

Даже если забрать из Македонии все до последней вещи, привести из Греции всех мужчин со всем их грузом, и выставить охрану у дома каждого перса, не хватит людей. А возможно ли тогда удержать такое огромное царство? Если да, то как? Кто об этом позаботится? Персидская держава сегодня безмолвна, пока зализывает свои раны. А потом не породит ли страна нового героя?! Вот, друзья, причина, по которой я облачился в персидские одеяния. Они должны видеть привычного им царя. Тогда они начнут забывать о своем царе. На нарушай их привычки, не вороши их гнезда. Тогда не пробудешь в них чувство мести. Разве будут сатрапы спорить и воевать, если они продолжат служить на прежних местах, а их власть и имущество будут не тронуты? Персы не останутся в нынешнем положении. Мы отправим их к мудрецам Эллады, чтобы призвать их к учению. Корабли с тридцатью тысячами персидских детей достигли противоположного берега моря. Мы посеем в них наш дух. Впоследствии они станут нашими верными сатрапами, нашими союзниками. Два народа смешаются друг с другом, сформируется новое общество. В это моя надежда, теперешняя мечта. Вот, что я хотел сказать! После этого я никогда, нигде и ни перед кем не буду оправдываться и объясняться. Теперь призываю вас к открытой беседе.

Царь выпрямился, пристально смотря, кто и что скажет. Молчание прервал Лисимах. По-видимому, у него не было особо много вопросов, которые могли беспокоить его. Он много знал и говорил, по существу.

Если бы он позволял своему сердцу реагировать на происходящие инциденты, интриги, скрытое коварство и сплетни, то давно бы упал с приступом. Человек, достигший средних лет, не будет вздрагивать по любому поводу, а будет спокойно, будто в дреме, жить под прикрытием своего почтенного возраста. Но, когда Александр решит спросить совета относительно какого-либо дела или же просто начнет откровенную беседу – Лисимах будет готов ответить.