Александр и Роксана

Каллисфен отказался выразить почтение: «Мне не нужно казаться милее, целуя полу персидской мантии», – сказал он, окружив себя знатной молодежью и настроив ее против меня. Я все это вижу и все знаю. Теперь я попробую объяснить вам, в чем они меня обвиняют. После чего задавайте мне вопросы, чтобы у нас между собой не оставалось никаких тайных помыслов. Мне нелегко дается это замкнутое состояние. Я тоже облегчу свою душу, не стану ничего утаивать. Захотите понять – поймете, не поймете – думайте, что по-своему правы. Что бы ни было, нет сомнений, что каждый уйдет со своим мнением.

Итак, вы задаетесь вопросом, что за перемены!?

Александр сорвался с места.

– Сколько земли, сколько народа у Македонии? А сколько земли и людей у Греции? Ну, кто скажет? Назовите имя того благородного эллина, кто смог завоевать до меня Персию, которая занимает весь мир от Средиземного моря до земель Индии и саков. И есть ли он вообще?! Кто оказался способен пройтись галопом по этим землям с самой Эллады, чтобы отомстить персам? Кто говорил: «Мы умные», «Мы великие», «Мы ученые», «Мы храбрые», «Мы никому не покоримся»? Веками получавшие пинки от персов, ставшие рабами, ушедшие в наемные войска, разбредшиеся эллины сегодня стерли Персидское царство с лица земли.

Но в Персеполе сознательный, наблюдательный эллин увидел тут жизнь, которую должен был понять без лишних слов. Пока мы на своей земле спорили, соперничали между собой, истребляли друг друга за должности и звания, персы со всех мест, куда доставали их пики и стрелы, ввозили в свою страну золото и серебро, алмазы, жемчуг и бархат!

В шатре царило молчание.

Александр немного подумав, продолжил свою речь.

– Они возвели величественные, сказочные белые дворцы. Насытили народ богатством. Сами воины, победившие в Персеполе, были ошеломлены, не могли скрывать того, что не видели раньше такого богатства. Четыре месяца! Четыре месяца я ждал, чтобы они взяли все здесь, не оставили ничего, отправили на родину, напились, насытились вволю, чтобы наконец поняли, что избыточность богатства равна ущербности и нищете.

Ограбив, истоптав Персеполь, предав его огню, мы все равно не смогли исчерпать его богатства. Вы видели хоть один захудалый, бедный город у персов? Все богаты. Все их имущество, ремесленные изделия, одежда и обувь притягивают к себе взор. Еды и питья вдоволь. Старшие – в почете, младшие – на подбор. В стране установлены традиции, обычаи, согласие. В прошлом году вошедшие в Панэллинский союз Фракия и Спарта взбунтовались.