Остров волка

Признаюсь, я думал об умственных способностях Влада несколько хуже. Чувство восторга наполнило мою душу, захотелось рвануть на груди майку и крикнуть: "Наши!!" Я расслабил кулак, и в нем тотчас оказался "магнум".

– Забирайте ваш чемодан, – сказал я, упреждая желание бронзоволицых открыть ураганный огонь по машине.

До машины оставалось метров двадцать. Я уже понял, что сейчас произойдет, и медленно отвел правую руку с пистолетом назад.

– Дай сюда! – сказал Эдвард, приготовив платок.

– На! – ответил я и впечатал в его щеку полуторакилограммовый "магнум" сорок четвертого калибра.

Я не видел, как далеко отлетел несчастный пилот. В то мгновение, когда он, ломая кусты, исчезал из поля моего зрения, Лошадиная Губа хрипло крикнул:

– Вертолет!

И тотчас пригнул голову, словно опасался, что ее могут задеть лопасти. Джип дико взвыл, будто намеревался заглушить отдаленный рокот вертолета и, выбрасывая из-под себя жидкую грязь и ломаные ветки, прыгнул вперед. Я опередил движение носатого на секунду, и когда он только начал поднимать руку с револьвером, я уже ткнул ему под челюсть восьмидюймовым стволом.

Это был тот же эффект, если бы я натравил на него беззубую овчарку, но носатый не сразу вспомнил, что мой револьвер не заряжен. Схватив его за волосы, я развернул его так, чтобы Лошадиная Губа не смог выстрелить в меня, не угробив своего хозяина. Брызнув черной струей перегноя, джип остановился за моей спиной. Я толкнул носатого на Лошадиную Губу и запрыгнул в машину.

Влад тотчас ударил по газам. Рокот вертолета, падающий как лавина откуда-то сверху, смешался с хаотичной стрельбой, но между нами и бронзоволицыми уже опустились плотные зеленые "жалюзи". Не разбирая дороги, Влад гнал джип прямо сквозь заросли. Мы прыгали на ухабах, словно под нами находился дикий мустанг. Стволы деревьев надвигались на нас с угрожающей скоростью, ветки и листья хлестали по лицу; временами мне казалось, что Влад не справится с управлением, и мы неминуемо врежемся в дерево, но мой друг каким-то чутьем угадывал, скрывается ли ствол за плотной завесой или нет, и машина, продырявливая заросли, как игла холщовый мешок, ужаленным кабаном продолжала мчаться вперед.

Не меньше четверти часа Влад смотрел вперед безумными глазами и вращал руль такими энергичными движениями, словно сидя танцевал твист, а я, обхватив одной рукой спинку сидения, чтобы не вылететь на очередной кочке, другой рукой прикрывал лицо от безжалостных лиан и веток.