Пустите тупицу в Америку

Не объяснив, куда можно торопиться в этом убогом поселке, умирающим среди заброшенных заводов, Чемоданов настойчиво подвел меня к двери и выпроводил из квартиры. Я в глубокой задумчивости спускался по загаженной лестнице с кандидатской диссертацией под мышкой и думал о том, не лоханулся ли я на штуку баксов по собственной воле. Не стоило сомневаться в том, что труд Чемоданова не представлял никакой ценности для отечественной науки. Скорее всего, я нес под мышкой жалкий лепет бездарного эмэнэса.<$FМНС – младший научный сотрудник.> Вполне возможно, что Чемоданов пытался защитить эту диссертацию, но был с позором разгромлен.

Но разве я искал что-то другое? Разве мне нужны были серьезные научные открытия? Нет. Мне нужна всего лишь «корка» кандидата наук, которая усмирит ревность в сердце потомственного мыслителя и всколыхнет чувство отеческого уважения ко мне.

Я вышел из подъезда окончательно убежденный в том, что поступил правильно. Оглядевшись по сторонам и вздохнув сырого тумана, я уже собрался поскакать через лужи к машине, как вспомнил про Настю.

Она обещала ждать меня на улице, но ее нигде не видно!

Плюющиеся подростки уставились на меня своими волнистыми, как радиоволны, взглядами.

– Ну чё, надумал? – спросил один из них.

– Вы не видели, куда девушка пошла? – спросил я, пропустив мимо ушей вопрос.

– Не видели… Купи «Горбачева», мужик! «Гера» есть. «Колеса»…

Зная, что лучший способ отвязаться – это прекратить всяческие контакты, я молча направился к машине.

Двор по-прежнему был пуст, если не считать мокрой серой псины, которая стояла на трех лапах и отчаянно чесала у себя за ухом. Она делала это с наслаждением и бесконечно долго. Пока я шел к машине, она чесалась, напоминая работающую швейную машинку. Сгущающийся туман приглушал звуки, и мне казалось, что я глохну.

Я подошел к машине, достал из кармана пальто ключи, но вдруг остановился, как вкопанный. Перед самой дверью лежал увесистый бетонный блок для дачного фундамента. Открыть дверь было невозможно, как и сесть в машину с противоположной стороны.

Ведь я нарочно подогнал «аудишник» почти вплотную к деревьям.

Тут за моей спиной раздался короткий звук, с каким производят плевок. Я обернулся. Подростки стояли в нескольких шагах от меня, сунув руки в карманы курток.

– Купи «колеса», мужик! – сказал один.

– Или «марки», – добавил второй.

Я еще раз оглянулся. Двор был пуст, словно в этом поселке все вдруг вымерли.