Риск и бутылка шампанского

Но в это хмурое утро ему было решительно наплевать, сколько человек отважится сигануть вниз головой с восьмидесятиметровой башни. У него было подавленное настроение, отсутствовал аппетит, и мучила жажда.

– Что вы все время хватаетесь за поручень! – прикрикнул он на кудрявого мужчину, который шмыгал носом и дурными глазами смотрел вниз. – Стойте смирно, пока не поступила команда последний раз взглянуть на солнце!

– У меня даже ладони вспотели, – признался мужчина.

Гера, сидя на корточках, стягивал ноги мужчины широкой тканевой лентой.

– А ноги у вас случайно не вспотели? – угрюмым голосом произнес Гера и как-то странно повел носом.

– А что? – забеспокоился кучерявый.

– Встать ровно! Смотреть вперед! Не дышать! Фамилия?

– А фамилия зачем? – жалобным голосом спросил побледневший тарзан.

– Как зачем? Как зачем? Вы что, правил не читали? Хотите стать неопознанным летающим объектом? В городе уже и так все морги заполнены под завязку.

– Шницель, – стыдливо представился клиент и заискивающе заглянул в глаза Гере, в надежде увидеть лукавый и озорной блеск, но глаза молодого человека были холодны и не блестели.

– Ну вот, – мрачным голосом сказал Гера. – И фамилия у вас подходящая. Позавчера тоже один разбился. Котлетян была его фамилия.

– Вы, наверное, шутите? – не позволял умереть надежде клиент. – Так сказать, психологический прессинг, акселерирующий состояние аффекта…

– Если бы шутил! – вздохнул Гера.

Клиент с ужасом посмотрел на свои связанные ноги и нервно икнул.

– Извините, – пробормотал он. – Я передумал прыгать. Бес попутал сюда взобраться. Хотел проверить себя, закалить, так сказать, волю…

– Патологоанатом проверит, а в крематории закалят, – пообещал Гера. – Эй, эй, гражданин! Не надо хитрить! И как это вы умудряетесь со связанными ногами от края площадки отползать? Ну-ка, прыгайте вперед! Раз-два!

– Позвольте…

– Зайчиков в цирке видели? Руки на груди сложили и – прыг, прыг, прыг!

– Я буду жаловаться…

– Молчать! Обратного пути нет! Сделали глубокий вздох!

– Я отказываюсь… Я хочу обратиться в страсбургский суд…

С тихой скорбью профессионального палача Гера положил руку на плечо кучерявому и легонько толкнул его.