Сердце волка

Зато у них появилась возможность психологически надавить на меня: жаловаться в милицию на "утопленников", не заплативших за проживание, я не буду, это точно.

Я пристал к берегу под Крепостной горой, недалеко от старой рыболовецкой фермы, хотя всегда причаливал к спасательной станции, на которой работали мои знакомые. Я сам не мог дать объяснение этому поступку. Казалось, что включился и заработал на полную мощь инстинкт самосохранения, который вопреки здравому разуму уже вынуждал меня таиться и выбирать безлюдные места.

Марина, рыжая бестия, не преминула обратить на этот факт внимание:

– Да, здесь лучше. Здесь моторку не сразу обнаружат.

Она сняла босоножки, взяла их в руку, соскочила с бака на песок и быстро пошла по пляжу на набережную.

Я догнал ее и схватил за руку.

– Ты куда?

– В церковь, – ответила девушки и потупила взор. – Поставлю свечу Чудотворцу за упокой душ усопших…

– Вот что, Маринка, – сказал я, обнимая девушку за плечи и подводя к лодке.

 – Ты мне ямку не рой, по-хорошему прошу тебя. Пока что еще ничего страшного не случилось. Мы с тобой утопленников не видели. У Ольги с Олегом была веская причина таким подлым способом удрать от меня. Можешь быть уверена, что они успели вынести из своей комнаты вещи.

– Отпустите меня! – крикнула Марина. – Вы не имеете права прикасаться ко мне!

– Не надо привлекать внимание и делать вид, что я держу тебя силой, – сказал я, еще сильнее прижимая девушку к себе.

 – Но раз ты стала свидетелем, то должна пойти со мной и осмотреть комнату Олега и Ольги.

Она притихла, раздумывая над моими словами. Я отпустил ее. Марина сделала несколько шагов и села на песок, загребла горсть, выпустила тонкую струйку через пальцы. Я задал ей серьезную задачку.

– Я не свидетель, – сказала она и тотчас скривилась.

– А кто ты?

Марина пожала плечами.

– Я ничего не видела.

– А разве господь бог разрешает лжесвидетельствовать?

– Сначала мне казалось, что я видела, как Ольга срывает загубник, – поспешила исправиться Марина.

 – А сейчас мне кажется, что этого, вроде бы, и не было.

– Ты лукавишь, девочка.

Марина никак не отреагировала. Задумавшись, она нервно перебирала песок. Она не могла решить, какую позицию занять по отношению ко мне. Слово "свидетель" ее пугало, похоже, в ней сидел врожденный страх перед следователями и допросами.