Серебряный шрам

Эй, бармен! Пару бутылок коньяка сюда! – Он сделал барский жест, щелкнув пальцами.

– Долгая история, – я махнул рукой. – В другой раз как-нибудь… Знакомься, это Валери.

Полковник привстал со стула и поцеловал девушке руку.

– Очень приятно. Игорь Алексеев. Кирилл не рассказывал вам обо мне? Мы вместе служили в Кундузе. Он был старшиной разведроты, а я – начальником штаба батальона.

Валери начала скучать. Мы с Алексеевым приговорили вторую бутылку коньяка, и он принялся таинственным шепотом рассказывать мне, что научился жить красиво, но кто-то его начинает душить, а он так просто сдаваться не намерен и всю мразь скоро выведет на чистую воду.

Я ничего не понимал. Валери куда-то пропала. Я распрощался с полковником, мы очень долго жали друг другу руки в фойе гостиницы, Алексеев сунул мне в карман свою визитку и, наверное, раз сто повторил, что ждет меня завтра у себя в четыреста пятнадцатом номере.

Когда я поднялся наверх и завалился в наш номер, Валери сидела в кресле с книжкой в руках.

Взглянула на меня, и усмешка пробежала по ее губам.

– Здорово ты набрался. О чем это вы с ним так долго трепались?

Меня это задело. Я подошел к ней, выбил из ее рук книгу и, глядя ей в глаза, произнес:

– О красивой жизни. И вообще, это не твое дело, это военная тайна. Ты мне не жена. Ты вообще непонятно кто… Я не прав? Ну скажи, кто ты? Что ты замышляешь?

Валери молчала.

– А-а, вот видишь! Молчишь. Потому что признаться страшно.

После этого я, не раздевшись, рухнул в кровать и долго лежал неподвижно, притворяясь спящим, наблюдая за Валери через щелочки век. Она читала, изредка кидая на меня взгляды. Потом положила книгу на кровать, встала, тихо подошла к телефону, набрала номер и сказала, прикрывая трубку рукой:

– Мы прилетели, Низами Султанович.

Видимо, ей что-то говорили; она молчала, лишь сказала "Хорошо" перед тем, как опустить трубку на телефон.

Я взвился на кровати, как удав:

– Кому ты звонила?

Она вздрогнула, по ее лицу пробежала тень испуга.

– Фу ты, напугал! То лежит, как покойник, то вскакивает, как при пожаре. Адвокату я звонила. Рамазанову. Сказала, что мы прилетели.

– А я подумал, что в морг, – ответил я.

– Если ты будешь так напиваться, то не исключено, что придется звонить и в морг.

Я взревел, как разъяренный зверь, швырнул в нее подушку, потом схватил Валери в охапку и повалил на кровать.