О людях уходящего времени

Строительство горнолыжных трасс, в ставшем теперь знаменитым «Бобровом Логу». Прорубались эти трассы самыми малыми силами, а сроки сжатые. Горы для вальщика – статья особая, лес смотрит по-разному в зависимости от ветров и освещённости лога, а валить все равно нужно вершинкой вниз. Любые ухищрения, все искусство и полное бесстрашие требуется в таком деле.

Сосны по низу трасс падали споро и ровно, но чем выше поднимались от просёлочной дороги вдоль Базаихи, тем круче становился уклон, тем сложнее было угадывать, куда полетит спиленное дерево.

Ноябрьские морозы плавно перешли в декабрьские, а потом и в январскую стужу. Начальство подгоняло, а дорога в деляну становилась все тяжелее. Все выше приходилось взбираться утром по прокладываемым трассам. Пила на плече, мешок с инструментом и запасными пильными цепями, бачок с бензином. Помощник вальщика пыхтит сзади, колючий воздух обжигает горло.

– Вон на том взлобке вроде мы вчера остановились? Опять не будем спускаться обедать? – Серега Ампилогов уже и не рад, что лесничий его выбрал в помощники.

– Смысл туда-сюда ходить, больше только устанем. Счас перекурим и начнём. Шабашим пораньше раз без обеда. До обеда без обеда сто кубов и рано дома – пословица такая, – усмехнулся лесничий.

Несколько первых сосен ухнули вершиной вниз и заскользили по склону. Веток мало, почти голый ствол – «Строевой лес, корабельные сосны». Совсем небольшая сосенка, 24 сантиметра на высоте груди диаметром вдруг зацепилась ветками за стоящую рядом.

Зацепилась, качнулась и повисла.

– Счас я её собью, не дрейфь, – лесничий подпилил и направил сосну потолще на зависшее дерево. Они качнулись и остались висеть обе.

– Да что ж такое! – бодро сматерились оба напарника. Подпиливаем и валим потолще, что б сшибить разом всё!

Но на шалашике повисла и третья. То ли день неудачный, то ли на тепло чуть потянуло, ветки не хрупкие пружинят, не ломаются. Лесничий посмотрел грустными глазами на помощника, закурили ещё раз.

Серая хмарь, которая так радовала с утра потеплением, теперь казалась подлой подставой. Бросать так дерево нельзя, снизу идут обрубщики сучьев, за ними придёт трелёвочник, но не скоро. Трактором положено снимать такие висяки, да деж он.

В сумке шнур, которым мерили протяжённость трассы от поворота до поворота. Привязали к хлястику на фуфайке, обвязали лесничего вокруг пояса. Подошли ещё двое обрубщиков.