Король Севера. Война

Разве можно одинаково командовать конем и свиньей?

Рядом, продолжая начатую историю, Райсен ненавязчиво обучал короля:

– Через лес надо ходить с маленьким отрядом, чтобы за каждым человеком приглядеть можно было. Если дороги нет, надо обходить его стороной. Уж если есть крайняя нужда – тогда только лезть в чащу. Лес для конницы не подходит: почти непроходим. Войско растеряется, кони ноги поломают. Да и обозы оставлять придется. Вот помню, отец рассказывал, пришлось им как-то бросить обоз…

– Почему лорд поставил тебя командовать отрядом? – спросил Линель.

– Случайно вышло. – Пожал плечами Райсен, казалось, совсем не обескураженный внезапностью вопроса. – Я единственный подходящий для такого дела родственник лорда. Да и опыт у меня небольшой имеется. У нас был случай: на дальнее селение разбойники напали, пограбили, пожгли. Лорд сам в Сильвхолле, сын его старший там же. Кастелян старый, отец мой не в почете. Мне младший лорд и говорит: «Давай сами разбираться».

Ну, мы по коням, народу набрали да мерзавцев ловить. Поймали, на суку вздернули. А потом наследный лорд вернулся да лорду Огдену написал, как мы хорошо все уладили. Тот тогда на меня внимание и обратил, стал дела разные по мелочи доверять. Я-то понимаю, очень он за младшего своего волновался, тому семнадцать всего, а тогда куда младше был, и большое облегчение лорду было, когда он узнал, что я Раемону спину прикрывал.

– Раемон – это младший сын Огдена?

– Да.

Вы его могли не видеть, он редко при дворе бывает. Он и Саймон – единственные сыновья лорда, но Раемона, по-моему, лорд любит больше.

– Оттого и держит от нашего гадюшника дальше, – пробормотал Линель, но собеседник его услышал.

– Что, Ваше Величество?

– Не видел я его, говорю. Саймона знаю, свадьбу его помню, мне тогда лет восемнадцать было, когда он женился, – упоминать, что со свадьбы он ушел очень рано из-за очередной завуалированной ссоры с Таером, Линель не стал, – а вот Раемона не помню.

– Не удивительно, Ваше Величество, я же говорю, он редко при дворе бывает. Он болезненный, не такой, конечно, как Фадрик Молдлейт, но зараза к нему всякая с одного раза цепляется, вот помню у него гадость какая-то была, оспины на лице появились, так мы всем двором…

Но король уже не слушал. Имя среднего сына Уолдера Молдлейта напомнило ему об Артейн и ее письмах.