Король Севера. Война

Сам себя не понимая, Фадрик стремился как можно скорее войти в чулан на верхнем этаже, сорвать покров чехла с порожденного больным разумом творения, вновь встретиться с существом, чей родственник едва не отправил его на тот свет, лишь по недоразумению ограничившись пропоротой стенкой кареты.

Фадрику казалось, что, взглянув на полотно, он откроет для себя какое-то откровение, новую истину жизни.

Они приехали в город глубоким вечером.

Зябко кутавшаяся в меха Рейна с интересом оглядывала приземистые толстые стены из желтого камня, тяжелые ворота, с натужным скрипом распахнувшиеся навстречу хозяину, узкие улочки, по которым ползла карета, то и дело подскакивая на ухабах – мостить во Фрисме улицы были обязаны хозяева зданий, расположенных на них, и уж каждый старался, кто во что горазд.

Фадрик невольно испытывал стыд за Фрисм – единственное место, которое он с удовольствием называл домом.

– Не похоже на север, верно?

Рейна обратила к мужу узкое лицо.

– Совсем непохоже.

Север другой. Больше простора, черно-белые тона, высокие стены и замки…

– Здесь мы будем жить в доме.

– Доме? Но тут же есть замок?

– Он используется как гарнизон. Поверь, милая, жизнь в нем была бы лишена привычного тебе комфорта.

Рейна презрительно поджала губы. Что он, изнеженный аристократ, может знать о ее привычках? Большую половину жизни она провела в четырех стенах скудно обставленной комнатушки, пользуюсь услугами всего одной служанки. А совсем недавно и вовсе была пленницей.

Рейна никогда не сказала бы мужу ничего подобного, но Фадрик с легкостью читал эмоции на ее лице.

Город делился на четыре части, каждая из которых называлась «конец». Кучер, намеревавшийся было поехать через западный, по приказу лорда повернул направо – на северный. Дорога до дома так получалась немного длиннее, но зато Рейна теперь была лишена возможности в полной мере насладиться запахами Фрисма – город славился выделкой кож, и мастерские располагались именно в западном конце.

Фадрик хорошо знал, какая там царила вонь.

Впрочем, остальные три конца пахли не многим лучше.

Фрисм раскинулся на небольшом участке холмистой местности, окруженной лиственными лесами. На две неравные части город разрезала река Быстринка, в самом городе отгороженная стенами – вероломная река нередко подмывала дома, стоявшие у берегов, и еще прадед Фадрика принял верное решение огородить ее русло.