Якутское танго. (Повесть)

– Доказывать что-либо Лагоде сейчас бесполезно. Наш спор с ним могут решить только алмазы.

– А вот их-то мы и не нашли.

– Сразу только у старика Хоттабыча все получалось.

– Да, тут ты, наверно, прав, – согласился Кравченко. – Всему свой черед. Сначала юшка, а потом – пампушки с чесноком, как говорят у нас в Полтаве. И все-таки алмазов пока нет. В этом вся соль, Коля, вся трагедия, понимаешь?

Николай нервно мерил шагами маленькую комнату, долго молчал. Где-то за окном заимки тоскливо кричала кукша, сухо щелкали шишки на лиственнице…

Выдавил чуть слышно:

– Понимаю… чего уж тут не понимать, дружэ.

А Кравченко захрустел пальцами, опустил глаза долу – словно завинил в чем-то перед Медведевым. Утешать его не стал, выложил все как на духу:

– Мерзлота заметно снижает достоверность сейсморазведки. Да и интерпретировать все, строить годографы в этих условиях – очень сложно. Вот такие пироги.

– Надо думать! Думать над тем, как ликвидировать или хотя бы уменьшить влияние мерзлоты.

Смолянистый чуб Кравченко зачастил вверх-вниз:

– Верно! У меня в сейсмоотряде вторым оператором Тарас Бойчук.

Он из западно-украинского города Дрогобыча. Земляк, словом. Вот хоть и говорят, что где два украинца – там три гетмана, но мы с Тарасом единодушны: мерзлоту нужно перехитрить. Есть уже у нас с ним кое-какие соображения на сей счет. Теоретические пока…

– Так вам и карты в руки! Людей хватает?

– На днях еще два бойца подъедут.

– Откуда?

– Из Украины, откуда же еще. Там нашего брата-геофизика по сей день не очень-то жалуют.

А эти двое… Богдан Андрущак и Петро Федорчук… хлопцы что надо. Сейсмику добре знают. Пять лет назад Ивано-Франковский университет закончили, друзья Тараса Бойчука.

– Значит, вас – запорожцев из Украины, потомков Тараса Бульбы, – будет теперь у нас четверо?

– Получается.

– Ну, действуй!

Кравченко задумчиво сморщил крутой лоб, вздохнул с простоном. У Сергея сегодня явно был примат размышлений над действиями – он словно предчувствовал плохое.

Но выхода в данную минуту не видел, потому и решил сменить пластинку.

– Будем стараться, – сказал вполголоса геофизик и после паузы лениво добавил: – Все время снятся знаменитые крупные алмазы. Те, что видел на цветных картинках в книгах по минералогии… «Куллинан», «Звезда Сьерра-Леоне», «Великий Могол», «Кимберлей», «Виктория», «Снежная королева», «Бродерик»… Прямо-таки наваждение какое-то! – Поджал губы, окатил Николая тревожно-тоскливым взглядом.