Награды они не просили

Ты меня понял? Действуй!

– Есть нюхать, ой простите, есть действовать!! – судя по голосу, лейтенант не сомневался, что Рыбалко осуществит свою угрозу.

– Про аммиак, как я понял, тоже писать не надо, – ехидно заметил Левенталь.

– Не надо, понятливый ты наш, – в тон ему произнес Елисеев и, пристально взглянув на Рыбалко, уже совсем другим тоном поинтересовался: – Что там еще случилось, Николай Титович? Вид у тебя больно озадаченный.

– Да над морем самолет наши наблюдатели засекли, но не знают, ни чей это самолет, ни куда он летит, в общем, темный лес.

– Ты доложи про этот самолет командующему, а я тем временем выясню, наш он или не наш. Сейчас прозвоню своему коллеге Калмыкову и все узнаю.

Рыбалко тяжело вздохнул. Он уже порядком устал от этих телефонных переговоров, и ему казалось, что ближайшую неделю он точно будет избегать разговоров по телефону.

Николай поднял трубку на красном телефоне без диска – это был телефон, по которому оперативный дежурный мог напрямую связаться с командующим флотом.

Когда Рыбалко опустил трубку на рычаг после разговора с командующим, его лицо выражало полную растерянность.

– Черт знает что! ( далее непечатно).

– Что командующий?

– Да не доверяет, похоже, наш комфлота радиолокации. Он еще дважды переспросил, уверен ли я, что это был самолет, как будто у нас еще и корабли летают. После чего пообещал в случае ошибки посадить капитана Федорова под арест. Вот такие вот дела.

А что у вас, Иван Дмитриевич?

– Да у Калмыкова уже истерический смех был. Ему сначала звонил майор Перов, потом начальник Перова полковник Жилин, а потом я, и все с одним и тем же вопросом: есть ли в небе наши самолеты. Так вот: с нашей стороны полетов никаких не предполагается. Только в четыре утра с аэродрома на Куликовом поле поднимется наш У-2. Так что если и есть над морем самолеты, так это точно не наши. А вот чьи? Неизвестно.

После этих слов в комнате повисла гнетущая тишина.

Рыбалко и Елисеев думали каждый о своем, но в итоге оба думали об одном и том же: чьи это самолеты, куда летят, с какой целью? В этой тишине телефонный звонок был сродни разорвавшейся бомбе, он заставил вздрогнуть даже начальника штаба флота, отличавшегося завидной выдержкой. Поднимая трубку, Николай опять отметил время: 3 часа 6 минут.

– Дежурный главного поста воздушного наблюдения лейтенант Лукоянов, – представился звонивший.