Могильщик: в поисках пропавших без вести

Думаете, мне не жаль парня? Обещаю, переведу гонорар на счет его матери, попрошу помощников помочь ей с оформлением пособия по потере кормильца. Пожалуй, это всё, что могу сделать для потерпевших.

Последнее прозвучало благородно, но я ему не поверил. Уже в кафе, после переговоров в офисе Илларионова, Сана просветила насчет гонораров адвокатов. Официальный гонорар оплачивается через кассу до суда по официальному прейскуранту. Эту сумму он переведёт на счет пострадавшей. Бывает ещё «благодарность», которая выплачивается после оглашения приговора, обещанного адвокатом.

Размер «благодарности» по договоренности. Откуда она это знает, я не допытывался, но звучало разъяснение убедительно.

– Вы понимаете, надеюсь, я не могу жертвовать гонораром всякий раз в пользу потерпевших, – разглагольствовал Илларионов. – Я делаю исключение из-за этих юных гуманистов. – Он развернулся в нашу с Саной сторону, поприветствовал нас театральным поклоном. – Редко ко мне приходят горячие хлопотуны по поводу совершенно им посторонних.

Ребята оскорбили меня, это мягко сказано, но я заявление на ребят забрал. Краска смылась. Существенного ущерба юные мстители машине не нанесли.

Взрослые переглянулись между собой. Илларионов опередил их вопрос, который беспокоил родителей, но вслух еще не был задан. Дядечка адвокат открыто любовался произведённым эффектом.

– Сын приходил не мстить, а выяснить обстоятельства, – начала говорить согласно шпаргалке мать.

Она планировала солировать, но Илларионов инициативу из своих рук не выпускал.

Ещё бы! Адвокаты – известные краснобаи. Илларионов прессовал дальше:

– Хотя мог бы по щелчку, – он звонко щелкнул пальцами, – раздуть мелкое хулиганство в дело об оскорблении чести и достоинства при исполнении служебных обязанностей. Оправились бы ваши детки в колонию. С половиной из прокурорских знаком за руку, поддержали бы. На худой конец, мог бы организовать крупный штраф. Не стал, как видите. Сам родитель, понимаю: маленькие детки – маленькие проблемы, большие детки – большие проблемы.

 – Илларионов взял паузу. Мы покорно ждали, когда же он разразится очередным бла-бла-бла. Оно последовало. – Но без реакции их выходку не оставлю. Ради их же блага.

Грубовато «наехал». Вряд ли смог бы дотащить мелкое хулиганство до колонии. Максимум, что реально грозило, точнее, родителям, это штраф. Тем не менее, звонкий щелчок возымел действие. Оторопевшие родители зашевелились. Мамы стали благодарить длиннотами, отцы крепким пожатием.