Антим 2. Танцы на костях

– Анора, – сказал он, после чего сделал движение пальцами, напоминающее идущего человека. – Ты, я?

На земле появился знак вопроса.

Лани серьезно задумалась над его предложением отправиться к далекому южному городу. То, что при этом придется пересечь всю страну ее не пугало, в конце концов до мертвого Фремьена она добралась на повозке со слугой Готье меньше чем за неделю. Но фактически она стала равна теперь незарегистрированному магу – ученица бежавшая от своего куратора. У нее нет при себе документа о приписке к академии, а во всех крупных городах избежать проверки будет невозможно.

Если же ей самолично прийти и рассказать о том, что творилось у Лаурфа в особняке?

Лани покачала головой собственным мыслям.

В лучшем случае в академии она получит на тело руну Минерталя, а в худшем и куда более вероятном, ее вернут Лаурфу, где проклятый паук как следует позаботится о перевоспитании строптивого львенка.

Пристально посмотрев на Лани, Иован нарисовал еще один вопросительный знак.

Она натянуто улыбнулась и кивнула.

И лишь после этого поняла, что гораздо больше боится остаться одной.

Куда она пойдет и чем займется, если этот ассийский траппер попросту поднимет свою сумку и отправится дальше, запретив ей следовать за собой?

Мужчина, однако, нахмурился, а затем, чуть прищурив глаза, нарисовал на земле третий вопросительный знак, а за ним и восклицательный, намекая объяснить причины такой неуверенности.

Лани ужасно захотелось что-нибудь соврать.

В конце концов что ей это стоило, когда они даже не понимают слов друг друга? Но это желание показалось ей мерзким отголоском проклятого особняка, в котором ее пытались превратить в пустую маску самой себя.

Она болезненно прикрыла глаза и задрала юбку платья. Верх левого бедра, словно темная подвязка в виде пяти колец со множеством мелких пересекающихся линий, опоясывала метка Игниса. Девушка отвернулась, чтобы не видеть реакции Иована, но воображение само нарисовало ей отвращение на лице мужчины.

Он молчал и спустя несколько секунд Лани все же взглянула на него украдкой, не сумев побороть любопытство.

Траппер размышлял, потирая подбородок, покрытый легкой щетиной, при этом не выглядел удивленным или расстроенным. Похоже было больше на то, что он никак не мог понять, отчего волшебница боится своей метки.

Наконец он вскинул брови, улыбнулся, а затем снял свой медальон и осторожно повязал его Лани на шею.