Собеседник

Поэтому именно я здесь, а не оперуполномоченный. И это процедура опознания, вы ещё рано делаете выводы.

– Хорошо, – фыркнул мужчина, – ведите нас!

Женщине с каждым вдохом становилось все хуже, ее лицо побледнело, а руки тряслись ещё больше. Это было очень заметно в тот миг, когда она подписывала журнал посещения этого заведения.

Я ожидал самого худшего, и так оно и произошло. Мать издала истошный вопль, а после ее ноги подкосились. Ее муж оказался рядом и вовремя подхватил обмякшее тело. Один из судмедэкспертов тут же поднес ватку, пропитанную нашатырем, к носу женщины и та, дёрнувшись, открыла глаза.

Я лично понимаю, что в таких ситуациях не поможет ни одно слово, поэтому лучше молчать или говорить только по делу....

5

Я думаю, что, скорее всего, каждый человек задумывался не только о смысле жизни, но и о том, что ждёт нас после. Я знаю ответ на это. Ничего. Наш разум угасает, нас поглощает тьма, а после уже не важно, что будет. Либо наши тела превращаются в прах, либо подвергаются гниению, предоставив червям доделать остальное.

Я видел столько смертей, что и не счесть. Тяжело в таких ситуациях не потерять веру в Бога, я потерял. Если он и есть, то почему же допускает убийства или же простые смерти по неосторожности? Почему не убеждает отчаявшихся продолжать жить взамен петли или горстью таблеток? Много вопросов, а ответ один. Лишь мы сами можем продлить свои жизни как можно на более долгий срок, достаточно лишь быть более здравомыслящим человеком. Да о чем же я думаю? Мир изменился, хотя, может, и был таким всегда? Все люди разные, но все мы так или иначе способны причинять боль.

Вновь выйдя из троллейбуса, я возвращаюсь туда, где, в принципе, не должен был сегодня быть. День подходит к концу, личность девушки установлена, для снятия показаний от родителей завтра будет отправлен оперуполномоченный. Как бы это ни звучало, то для нашего спокойствия лучше бы эта девушка решила самостоятельно поставить точку на своей жизни, но улики говорили об обратном.

Ей однозначно помогли, а кто это сделал, предстояло выяснить.

Проходя пешком к месту преступления, я вдыхаю тяжёлый влажный воздух. Дождь прекратился. Интересно, надолго ли? Хотя это было не важно. Я иногда задумываюсь, а смог бы я начать жизнь в других погодных условиях? Возможно, да, но мне почему-то кажется, что я не способен уже жить иначе.

Вот и он, этот злополучный подвал. Один из полицейских до сих пор сидит в автомобиле дежурной части.