Злой и коварный демон Буратино. Часть I

 Новогодние казусы

Маленькая ремарка: Буратино категорически против коммунистов. Он идеолог и, с точки зрения политической нравственности, сторонник демонкратов, хотя последнее совсем не важно. Пусть каждый остается при своем мнении, ведь на то она и политика, чтобы сеять сомнения в сердца трудового народа.

– На вид это было маленькое, задавленное большой (своего рода) плитой жизни, невинное и страшно далекое от насилия существо, – вещал седовласый оратор Онуфрий, стоя на заснеженной площади перед толпой зевак.

 – Но внутри него сидел Злой и коварный демон, способный просто так убить свою мать. И он ждал своего звездного часа, когда обстоятельства вытолкнут его наружу из глубины души и дадут ему возможность сеять зло направо и налево, направо и налево, направо и налево…

– А при чем тут мать? – воскликнул, проходящий мимо старичок.

– Какая мать? – спросили старичка люди.

– Та, которую он собирается убить.

– Так он не собирается, а может убить. Если, конечно, захочет.

– Чего захочет?

– Ну, убить.

– Кого?

Люди переглянулись между собой и, не поняв, куда клонит старичок, переспросили:

– А ты вообще кто такой?

– Я?

– Да-да, ты! – раздался хор голосов.

– Да я, собственно, никто. Так, проходящий мимо старичок. Иду в универмаг за новыми акварельными красками.

– Ты что, художник?

– Нет.

– Тогда зачем тебе акварельные краски?

– А зачем мать?

– Какая мать?

– Ну, та, которую он собирается убить, если конечно захочет, а если не захочет, то и не убьет, хотя гипотетическая возможность убийства все-таки присутствует.

Что же касается меня, то я так, просто проходящий мимо старичок, и мне глубоко наплевать на его мать, потому что я иду в универмаг за акварельными красками. Но не думайте обо мне как о художнике. Это вовсе неправильно.

– Вот это да! – воскликнули люди, и половина из них пошла в метро.

Хочется сказать, что это была добрая половина, которая, в принципе, в нашем рассказе не нужна. Пусть идет себе на здоровье.

Какой в ней толк?

Тем временем из ближайшего переулка, откуда ни возьмись, появился Санта Клаус в красной шапке и с белой бородой, как у Деда Мороза. В общем-то, он и был по сути Дедом Морозом, но только не нашим, а иноземным, потому что нашего так прямо и зовут – Дед Мороз, а этого придурка – Санта Клаус. Однако если кто-то думает, что Клаус – фамилия, то он не иначе как балбес. Клаус – это отчество.

– Где мой папа Клаус Рихтер? – заплакал малыш Санта.