Клуб имени Чичикова. Исторический триллер

В ответ на ненависть Раи она постановила считать чету Малиновых людьми ничтожными, что, в свою очередь, давало ей право желать им какой-нибудь гибели: «Вот они бы исчезли как призраки!» Ей хотелось остаться в квартире одной. Половину площади она сдала бы в аренду.

Рая Андреевна остановившимся рентгеновским взором пронзала Аду, бродящую по кухне. У ненависти столь же прилипчивый взор, как у любви; смотрела и произнесла: «Ты, Ада, на самом деле Корзинкина». Ада оглянулась: «Это кто в нашем доме официальный сумасшедший?»

Казённый долгий звонок напомнил хозяйке о том, что на свете есть покойник, и к нему приехали дьяволы в белых нарядах.

Мытарства Раи Андреевны начались. Врачи внимательно посмотрели на вдову, кое о чём порасспросили и вызвали какого-то дознавателя. Тот забрал шприц с отпечатками пальцев, задал множество вопросов, в том числе нелепых: у вас общая спальня? завершился ли климакс?

Она отвечала наобум, мучимая страхом: к чему такая подозрительность, к чему слово «протокол»? Люди! Произошло несчастье! Такое с каждым может случиться! Меня пожалеть надо, а не допрашивать!

Сыщик взял с неё подписку о невыезде.

И всё же никто не запретил ей сесть в медицинскую машину и проводить мужа до криминального морга.

Безумная Ада весело ходила по опустевшей квартире. Настроение не омрачали ни смерть, ни беспорядок, ни грязь на полу, оставленная посторонними. В её душе некий злой червячок радостно шевелился, зная наперед, что Райку арестуют. Вот так! Главное в жизни – мечта.

Мечтайте страстно – и мечта исполнится. А вот и заначка виски. Обычно она употребляла алкоголь, чтобы забыться и въехать в будущее беззаботным придурком. Но сейчас – нет! Ей хотелось ясно и расчётливо мечтать.

На большом пальце правой ноги чулок прохудился; она улыбнулась бледно-розовому ногтю, вылезшему из смуглого тонкого чулка. Шагала босиком по коридору, по всем комнатам, глотала из горлышка по чуть-чуть. Жизнь удалась. А сколько у неё будет счастливых встреч! О смерти Родэма, как она называла Родиона Эмильевича, она даже не думала.

Одной из причин её лёгкого помешательства послужил аборт, сделанный 18 лет назад. После операции она в течение месяца во сне и наяву попадала в другую реальность, причём та реальность была плотней, ярче, ухватистей, чем реальность врачей и родственников. В другом мире ей открылся смысл её жизни, адский, жуткий, но это был Смысл (в отличие от обыденной бессмыслицы), и он оформил её ум.