Кредит на милосердие

Грабители высыпали на улицу, и девчонка заметила в чужих руках нехитрый скарб, которым была богата их изба. Убирая пистолет в набедренную кобуру, вожак отшвырнул в сторону свою драную шапку, примеряя обновку. С полнейшим безразличием Варя увидела, что это ее собственный малахай, не раз сберегавший уши в самый лютый мороз.

К раненому бандиту подошли двое, притащили аптечку, принялись обрабатывать рану. На лежащую посреди двора женщину с пробитым затылком никто даже не смотрел. Уже потом Варвара думала, что так и должно было остаться.

Бандиты должны были забрать скот и птицу, выпотрошить сундуки и подпол, а бабку оставить там, где и убили. Оставить, чтобы Варвара смогла похоронить, попрощаться, сказать последние слова… Всё произошло совсем иначе, и в отношении Любавы у бандитов, увы, тоже имелись свои планы.

Окаменев, не чувствуя ни рук, ни ног, девушка просидела в своем укрытии почти до вечера. То, что она видела, навсегда отпечаталось в ее памяти, чуть не сведя с ума. Осталось выжжено на сетчатке глаза, как это себе делают люди из городов и Анклавов.

Засело в сердце огромной каленой иглой…

Как оказалось, лесные бандиты не собирались уводить Ластенку с собой, как подумалось вначале. Растащив небогатые поленницы, найденные в сенях и за домом, они развели перед избой огромный костер, на который установили сразу три закопченных котла. Затем закололи буренку, наперво привязав к вездеходам, и принялись свежевать тушу. Когда всё было готово, чужаки принялись варить тушенку, вялить и солить.

Экономно, бережливо, стараясь не израсходовать попусту ни один кусок мяса или потрохов. В том числе и человеческих.

Варвара помнила, что бабушку разделывали трое, в том числе одна из женщин. А вот когда пыталась восстановить в памяти картину, сознание услужливо размывало всё до непрозрачности, пряча жуткие образы подальше, как это было в повторяющемся кошмаре девушки.

Чужаки управились за пару часов, прямо в котлах смешав несколько видов мяса, кости тоже сожгли вперемешку.

Обезумевшая Варвара, замшелым камнем просидевшая в кустах почти двадцать часов, видела каждую деталь процесса готовки, улыбки на довольных лицах добытчиков и слышала запах варева, от которого ее дважды болезненно рвало желчью.

Она пыталась отвернуться, но не могла. Хотела выйти к этим ужасным людям и попросить убить ее, причем дважды просить бы не пришлось, – но не могла встать, вспоминая о поступке Любавы.