Епістолярій Тараса Шевченка. Книга 1. 1839–1857

Бувай здоров, коханий друже, дякуй Господа i терпи, поки Його свята воля того схоче.

Щирий до Вас Андрiй Лизогуб.

Папери посилаю 18 штук бiлоi i 6 штук з одного боку жовтоватоi, напишiть, чи хороша i годяща.

P. S. На своiх адресах тепер надписуйте тiльки: В Одессу. Бо поки я у городi, то знають вже, где я живу, а у маi, у половинi або пiд кiнець, я з жiнкою житиму на хуторi, а за письмами приiздитиму у город на почту. Тут, коли дасть Бiг, пробавлюсь цiле лiто, а на осiнь додому, у Седнев.

116.

 Ф. М. Лазаревського до Т. Г. Шевченка

20 квiтня 1848. Оренбург

Христос воскрес! дорогой Тарас Григорьевич, посылаю Вам письмо княжны; «Выбранные места из писем» Гоголя также получены, но я не посылаю их, потому что с ними нужно послать еще Лермонтова и еще кое-что, а укупорить все это, право, не успею… Кругом виноват перед Вами, любый Тарасе, но коли правду говорить, так виноваты праздники.

К чему Вам проситься в экспедицию, к чему Ваше отчаяние? Потерпите – Бог не без милости, козак не без доли.

Читайте сердцем прекрасные письма княжны; молитесь и надейтесь; а я хоть редко и за себя положу крест, но ей-богу искренно молюсь, да улучшится Ваша горькая доля, да пошлет Вам судьба лучшее общество, лучшего начальника.

Прощайте. Даст Бог увидимся. Не забывайте

Вашего

Ф. Лазаревского.

20 апр[еля].

На зворотi:

Его высокоблагородию Михаилу Семеновичу Александрийскому. Покорнейше просят передать Тарасу Григорьевичу Шевченке.

Внизу дописано Шевченковою рукою: «Пилюли Морисона в Одеси».

117. Т. Г. Шевченка до Ф. М. Лазаревського

22 квiтня 1848. Орська фортеця

22 апреля.

Чи не розсердилися ви на мене часом? Або, крий Мати Божа, чи не забули мене безталанного, що пишу, пишу до вас, а ви хоть би словечко, – думав спершу, що листи моi не доходять до вас, так же купець, що привiз вам оту живущу «Историю» Устрялова, що i в салдатських руках не згинула, забожився менi, що притьмом у вашi руки власние оддав, – а iз ваших рук (також власних) хоть би клаптик паперу, а то й того не добув.

Що б це сталося з моiми добрими та щирими земляками? Мiркую, мiркую i гадки не дам, що воно таке! До В[асиля] М[атвiйовича] писав аж двiчi у Мiлiонну улицю, а од його хоч би слово, iз Михайловськоi анiтелень, од вас… та, може, вам нiколи? А як е коли? То грiх вам великий забувать хоть i ликом шитого, та все-таки земляка вашого.

Ох, якби-то так жартувало мое серце, як я оце з вами словами жартую.