Живые боги Атлантиды

– Ну вот теперь порядок, насколько это вообще для меня возможно. Уж извини, я использовал для бинтов мою рубашку. Она не так чтобы новая, зато чистая. Есть хочешь?

Не дожидаясь ответа, рыбак разложил на столике кусок грубой кукурузной лепёшки, вяленую рыбину и флягу, сделанную из высушенной тыквы. Из неё он налил воды в другую тыкву, маленькую, с узким горлышком, и протянул своей гостье. Затем он разломил рыбу пополам и подал Алеане большой, слипшийся кусок светлой икры.

– Вот это самая подходящая еда для восстановления сил, хотя, если по-честному, у меня другой-то и нет…

Рыба считалась у атлантов плебейской едой, недостойной высшей знати, но Алеана была очень голодна, к тому же икра действительно оказалась очень вкусной, а хлеб был свежим и ароматным.

Пока она медленно смаковала угощение, хозяин оторвал кусок от рыбьего хвоста и тоже принялся за еду. После ужина он поднялся, вытащил откуда-то плотный шерстяной плащ и заботливо укутал им свою гостью, а сам сложил стопкой несколько циновок и улёгся на них, укрыв плечи пустым мешком.

– Если что-то ночью понадобится, не стесняйся, зови, – сонным голосом пробормотал он.

Ноющие раны и храп Локхарана не давали ей уснуть. Только под утро Алеана сумела сконцентрироваться и отключить боль, а хозяин жилища, видимо, уткнулся во что-то и стал храпеть намного тише. Она проснулась, когда солнце было уже высоко и освещало пещеру через открытую дверь. Алеана усилием воли выбралась из своего тёплого убежища, расправила тунику и, хромая, вышла наружу.

Перед ней была небольшая площадка, довольно уютная, закрытая от прямого солнца вьющимися растениями и окружённая плетёной изгородью. С краю стояла довольно большая скамья, сплетённая из гибких лиан, на бамбуковом каркасе. Локхаран сидел на земле около большого плоского камня и усердно растирал по нему другим камнем кукурузные зёрна, аккуратно сметая получившуюся муку в глиняную миску. Он поднял голову и вскочил, увидел Алеану, но тут же засмеялся:

– Прости, но у тебя половина лица такого шикарного фиолетового цвета! А остальные твои раны сейчас посмотрим.

Да и вообще, не стоит тебе пока разгуливать.

Не спрашивая разрешения, он бережно взял Алеану на руки и отнёс обратно в постель. Осторожно размотал повязки и довольно хмыкнул. За ночь даже самые глубокие порезы на руке и ноге начали затягиваться, и хоть переломанная левая рука не могла срастись так же быстро, общее состояние было неплохим.

– Скоро будем завтракать.