Прощай, «почтовый ящик»! Автобиографическая проза и рассказы

И снова прохладный безлюдный вестибюль: высокие окна, в центре мраморная лестница с широкими перилами, на стене макеты государственных наград, присвоенных учреждению. В этом здании прежде всего разыскиваем спецотдел. В приемной наши глаза упираются в типовой плакат: «болтун – находка для шпиона». Указательный палец приложен к губам обезличенного мужского лица – ныне такие картинки ради прикола вывешивают в модных кафе, оформленных в стиле советского кича.

Следует утомительное заполнение четырехстраничной анкеты (есть ли/нет родственники за границей, были/нет репатриированы и т.

 п. и т. д.). Потом мужчина с приятным лицом и иссиня-голубыми глазами – в этом отделе у всех сотрудников лица располагающие – беседует с каждым по отдельности. Ко мне возникают вопросы: родители в разводе, и я не указала место жительства отца. А надо! Обязуюсь принести необходимые сведения на следующий день. К счастью, других изъянов нет, и пятый пункт в порядке – проблемой могла бы стать нерусская национальность. Напоследок подписываю бумагу, что обязуюсь не разглашать увиденное и услышанное.

Наконец, покидаем Административное здание и, немного поблуждав между маленькими рощицами и разностильными строениями, разыскиваем нужный нам корпус.

В кабинет начальника лаборатории опять вваливаемся всей четверкой. Хозяин кабинета, человек в годах, чуть сгорбленный, с блестящей лысиной на темени встречает нас не слишком приветливо. Теперь, вспоминая его, я поражаюсь его сходству с печально-знаменитым генсеком КПСС Андроповым.

Генсек прославился запретительными мерами и облавами на всех прогульщиков страны, и «наш» походил на партийца не только жесткими повадками, но и внешностью.

В ту пору еще не было в ходу понятия о политкорректности, о гендерном равенстве, потому «Андропов» прямо в глаза мне заявил: «Хорошо, что только одну девушку прислали». Как потом узнала, за глаза начальники выражались еще откровеннее, делили молодых специалистов на «брюки» и «юбки» – скрепя зубы смиряясь, когда им присылали «юбки».

От обиды прищуриваю глаза, сжимаю зубы, хотя понимаю позицию администратора: женщины уходят в декретные отпуска, их не пошлешь на ходовые испытания в море, не заставишь таскать тяжелое оборудование – в общем, есть с нашей сестрой морока.

В определенной степени его опасения оправдались. Я дважды брала декретный отпуск, и в промежутке между декретами два года училась в Университете, повышая свою математическую квалификацию.