Дневник «Норд-Оста»

На душе было больно и обидно.

«Почему нас не спасают? – Думала я, – Неужели забыли и бросили на произвол судьбы…»

После сна во рту пересохло, и я встала, чтобы пойти и выпить воды. Одна девочка проснулась и потянула меня за край куртки.

– Тётя Оля! Тётя Оля, я хочу в туалет.

– Сейчас пойдём, милая.

Я взяла её за руку и повела за собой, на выход из зала. Заглянув я обнаружила, что в туалете нет окон. Как будто специально их не сделали…

«А если попытаться убежать…», – промелькнула у меня шальная мысль.

В коридоре располагалось окно, и рядом никого не было. И как вниз спускаться? Высота довольно приличная. Да всё равно как, лишь бы убраться от этого места. Ну и эгоистка же ты Олечка. А дети? Ты хотела их бросить и убежать? И кто ты после этого? Во мне заговорила совесть и я поняла, что если бы и была возможность убежать, одна и без детей я бы не смогла этого сделать.

– Тебя как зовут? – спросила я пучеглазую девочку.

– Меня зовут Соня, хотя полное имя – София!

– Тогда давай, садись ко мне на колени и рассказывай.

С Сонечкой мы говорили, где-то часа полтора. Она мне рассказала о школе, друзьях. О том, что любит рисовать красками, карандашами. Наш разговор оборвала Тамара, которая пришла с одним из боевиков.

– Ты раненого сможешь перевязать? – спросила она.

– Не знаю, никогда раньше этого не делала.

– Когда-то всё приходиться делать в первый раз, если не умеешь, то придётся этому научиться. Пойдём со мной.

– А за детьми, кто будет присматривать?

– Это недолго, за пять минут ничего не случиться.

И мы пошли втроём по длинным коридорам театра.

– Уже освободили триста человек, – сказала она. – Очень плохо идут переговоры. Русские тянут время и не хотят идти на уступки.

В холле было много людей, в центре на полу лежал мужчина и стонал. Я увидела на лацкане пиджака депутатский значок. Вокруг толпились боевики и о чём-то, спорили между собой. Тамара взяла сумку с красным крестом и протянула мне.

– Открой её, внутри есть всё самое необходимое.

Мужчина лежал с закрытыми глазами, лицо его искажала гримаса боли. Я увидела у него два пулевых ранения, в ногу и плечо.

– Потерпите не много, – сказала я ему, – сейчас вам будет легче.

– Вы врач?

– Нет, к сожалению, я заложница и к медицине не имею ни какого отношения.

Перевязав бинтом первую рану, дрожащими руками, принялась за вторую.