Режиссер волейбольного театра

А ведь он вполне мог поехать и на Игры в Мехико в 1968-м, и даже в Мюнхен в 1972-м…

* * *

«Волейбольный поединок длится до финального свистка судьи, и пока он не прозвучал, пока последнее очко не разыграно,?– всегда есть шанс выйти победителем»,?– эта фраза Венгеровского игрока, а позднее тренера стала девизом всей его жизни в большом спорте. И я взял ее на вооружение и перенимал его опыт.

Познакомились мы в Белгороде в середине семидесятых годов. Юрий Наумович к этому времени успел поработать с различными командами, но надолго нигде не задерживался.

Он оказался в моем родном городе по приглашению ректора Белгородского государственного технологического института строительных материалов Вилена Алексеевича Ивахнюка, кстати, бывшего волейболиста, во времена своей учебы в Харькове выходившего на площадку вместе с Венгеровским.

Ивахнюк вдруг загорелся идеей создать институтскую волейбольную команду, которая смогла бы конкурировать с другими вузовскими коллективами в стране. А поскольку у ректора были далеко идущие планы, он пригласил тренировать студенческий коллектив, в который на первых порах влились все волейболисты, выступавшие за сборную Белгородской области, не кого-нибудь, а своего старого знакомого, к тому же олимпийского чемпиона и заслуженного мастера спорта.

Именитый спортсмен тут же всерьез взял быка за рога, как, кстати, делал это всегда. Он устроил «смотрины» для всех мало-мальски проявивших себя в нашей игре белгородских игроков в спортивном зале завода «Сокол». И вскоре отобрал необходимую дюжину.

Задача формулировалась четко: через два года войти в первую лигу чемпионата СССР, еще через два – в высшую.

Среди прочих отозвался на призыв Венгеровского и я. Оказался примерно двадцать пятым среди тех, кому хотелось заниматься под началом мэтра. А мы считали его именно таковым.

Я сразу понял, что он искал не только игроков хоть какого-то, по меркам того времени, приличного уровня, но и своих единомышленников, которые были готовы пойти за ним в огонь и в воду, преодолевать любые преграды.

Наверное, почувствовав мое состояние и желание пусть не играть, но хотя бы помогать ему во всем, тренер оставил меня вместе с остальными «избранными». Понятно, что совсем не волейбольный по своим физическим данным, я в состав не проходил, но помогал новому тренеру чем только мог, выполнял любую работу. И во все глаза смотрел, что делает знаменитый в недавнем прошлом волейболист, «в рот ему заглядывал», ловил каждое слово, каждый жест.