Зяблики в латах

* * *

– Шибко палили!.. Как ваши давеча!.. – сказал мне Горшков, идя со мною к 1-му взводу.

…Подпоручик Морозов стоял над санями, в которых, сжимая пальцами поросший бородой подбородок, лежал рядовой Степун. Раненный осколком в грудь, Степун умирал.

– Не совладел… – хрипел он, пытаясь приподняться. – Не уберег… Жизни не… не… не уберег…

Он смотрел на нас округлившимися, немигающими глазами.

Пальцы на подбородке у него расползались.

– Отходит! – тихо сказал Горшков и, сняв фуражку, перекрестился.

– Ннна-а-а-а-а… – вновь задергал Степун губами. – На-вов-во-вовсе-теперь… от-т-т-т… – Сквозь приоткрытый рот Слепуна было видно, как прыгает его язык. – Т-т-т-т… от дети-шшш-ш-ш…

И, зашипев, он захлебнулся красной пеной и, выгнувшись вверх всем телом, бросил руки по швам…

* * *

– Я давно уже… Черт!.. От детишек, – помнишь?.. – Подошел ко мне через час подпоручик Морозов, когда уже на пустые сани Нартов набрасывал свежую солому. – И у меня ведь… – Он замолчал, вздохнув, и добавил, уже тише: – Ведь и жена моя тоже… носит… Уже на седьмом теперь.

– Господин поручик!.. Господин поручик!..

Меня звали к ротному.

* * *

– …Ты что? Скулить?.. – размахивая ножнами шашки, кричал на Ефима поручик Ауэ. – Я тебя, барбос, в крючок согну! А в роту, а в снег по брюхо, а в бой хочешь?..

Вытянувшись, Ефим стоял перед ротным и тупо моргал глазами.

– Извольте полюбоваться, – обратился ротный ко мне, когда нетерпеливым кашлем я дал наконец знать о своем приходе. – Взгляните на это рыло!.

. Взгляните только!.. И оно… – Поручик Ауэ захохотал. – …Оно – это вот рыло – веру в ар-ми-ю и в победу потеряло!.. – И, обернувшись к нам спиной, он бросил шашку на уставленный деревенскими закусками стол и быстро налил стакан водки.

– На! Подвинти-ка нервы, барбос!..

Ефим взял стакан, поднял его и уже приложил к губам.

– Стой! – закричал вдруг штабс-капитан Карнаоппулло, одиноко сидящий в углу халупы. – Стой! За чье, дурак, здоровье?..

– За ваше, господа офицеры.

– То-то!..

* * *

– И знаете из-за чего весь разговор завязался? – криво улыбаясь, спросил меня ротный, когда, уже за дверью, Ефим облегченно вздохнул. – Май-Маевский сдал командование генералу Врангелю. Ну вот… А этот… холуй этот, понимаете: «Кому ни сдавай, – говорит, – все равно – кончено!..»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.