Девять писем «архитектору перестройки» Яковлеву

Как говорится – почувствуйте разницу!

Эта власть, власть по преимуществу безграмотных и ограниченных руководителей СССР, и потащила великую страну к пропасти, прикрываясь, как фиговым листком, лозунгами о коммунизме и ничего не смысля в марксизме, не зная его и боясь, насаждая в «науке о марксизме» догматизм и начётничество, поощряя ортодоксов и идейных лакеев, обслуживающих полуграмотную «партийную верхушку» в их пустопорожней демагогии.

Таких, каким и был, судя по публикуемым «Письмам», А. Н. Яковлев; умный, образованный, но потому и наиболее опасный в руках беспринципной власти, которой он беззаветно-корыстно служил и «до», и «после» так называемой «горбачёвской перестройки».

«Письма» впервые публикуются отдельной книгой и в полном объёме. Небольшие фрагменты их обнародованы мною в 1996–1997 гг. в газете «Литературная Россия». Тогда адресат писем – А. Н. Яковлев – был жив. Но он предпочёл промолчать. Однако история неумолимо делает тайное явным. И мы в силу возможностей обязаны, как думается, способствовать этому процессу.

Символически неоконченная работа Георгия Куницына, действительно выдающейся личности нашего времени, – яркое доказательство очевидной истины: великие государства тоже способны погибать из-за индивидуального цинизма и подлости его лидеров. Из-за предательств даже на повседневном, бытовом уровне.

Владимир Куницын

Выражаю глубокую признательность «Российскому Фонду мира» за поддержку в издании книги.

Письмо-введение

Мой бывший единомышленник Александр Николаевич!

Твоя и моя жизни некогда сложились так, что, казалось, мы не могли не стать не только единомышленниками, но и друзьями.

И всё же что-то этому многие годы мешало. Пока не дошло до острой противоположности в наших с тобой взглядах. И в делах. Теперь и вовсе непонятно, а зачем, собственно, скрывать друг от друга и от других людей то, что случилось реально вне нас и между нами. Тем более что и по старости нам обоим давно пора подвести итоги нашей бедовой жизни. Подвести их, разумеется, по совести. По святому долгу перед людьми.

Мне сегодня представляется наше дело так, что мы с тобой – два совсем разных типа личности. И в политике. И в собственной нашей этике. Надеюсь, это поможет понять читателю, что такова в её сути трагедия нашей российской истории. И такова также комедия и ирония её.

Попробую, не торопясь и не горячась, разобраться в этом. Не отходя в сторону от щекотливых нюансов. А их немало.