Духосад. Повесть о духоделическом эликсире стабилизации старения и пересадке Духа

… – И, вот те крест, – вода начала подниматься, и баба водяная, что изо льда как будто, встаёт так во весь рост – и идёт прямо на них, на Николашку, значит, и его друга… Те наутек! А она – «Куды ж вы, ребяты!!?» А потом ка-ак закричит: «Ааааааааааааа!!!!!»

Коротко заржала лошадь, словно испугалась страшного сюжета.

Рассказчик умолк.

– А потом чё? – спросил кто-то у костра.

– А потом ничё. Сиганули так, что чуть портки не потеряли.

У костра разочарованно стали покрякивать, а то и посмеиваться.

Но Влас тех скептических реплик уже не слышал, он внезапно уснул – так много было впечатлений: ночь, лошадь, костёр… Сеттер Джим прилёг рядом с хозяином.

Впрочем, сквозь сон Влас, наверное, слышал страшный рассказ о рыбаках и водяной бабе… Вдруг ему стало душно, тяжко, раздался ужасный рёв. Встрепенулся, открыл глаза: перед ним сверкали два страшных раскалённых угля и грозно рычали. Волк! ВОЛК!!!

Стала мокрой шея, накатились на брови тяжёлые капли холодного пота. Это был страх, настоящий первобытный страх! Влас закричал:

– Аааааа!

Но… о, господи… да это же Джим! Любимый сеттер.

– Чего, паря, приснилось чего? Чё вякнул-то? – спросил Власа кто-то, заслонённый пылающим костром.

– Да нет, руку отлежал.

– А-а… быват…

Солнце давно село… Сердце с трудом успокаивалось… Вот только кто же тогда на самом деле испугался – он ли, Влас… или же Некто – ведь спавший Влас превратился в тот момент в другое существо, с другим сознанием.

Завтрашний день дня вчерашнего

Страхи… Их ведь несколько, подумал Влас. Главные страхи – безденежье и неустроенность. Он так и написал в первой графе: «Страх безденежья и неустроенности». Дальше пошло проще, слова сами выскакивали, как бы помогая освобождаться от них и наполненных ими понятиями, поддакивая тому, что мешает Власу жить хорошо и свободно.

Влас перечислял свои следующие, после безденежья и неустроенности, страхи:

2) утомлённость

3) измена друга – привычно вспомнилась Олечка

4) враньё людей – всплыла наглая ухмылка редактора

5) дурные сны

Есть пять пунктов «зла», насмешливо мысленно отрапортовался Влас листу бумаги.

Что же помогает?

С «добром» получилось легко, Влас знал и любил свои достоинства, с удовольствием внёс их в список без особых раздумий.