Когда ангелы слепы

Но сейчас всё было иначе. Могучие колонны были вытеснены ладно сложенным и соблазнительным телом, высокие мрачные своды – длинными белокурыми локонами, а острые, как спицы, арки – глубокими небесно-голубыми глазами.

Но всё же он пока и не думал искать встречи с предметом своего обожания, полагая, что влюблённость сия временная и скоро от неё, как от лёгкой простуды, не останется и следа. Да и после того, что с его обликом сделала оспа, он был твёрдо уверен, что не сможет составить достойную партию такой красавице.

Возможно, так бы оно и произошло, если бы не очередной случай, столкнувший его с Гансом Вебером. На этот раз самый богатый человек города заглянул в гости к его отцу, а заодно с ним мастер Фриц и ещё двое мастеров суконного цеха. Рядом с отцом за столом сидел Кристиан, после смерти старшего брата ставший главным его помощником. Поскольку день выдался постным, к столу почтенной компании было подано белое рейнское вино и великолепные тушёные карпы с капустой грюнколь.

Вернувшись вечером домой, Ларс присел к почтенной публике, чтобы просто поесть, и воистину по воле провидения, ему досталось место рядом с мастером Вебером.

Пока он ел, суконщик не обращал на него внимания, весело смеясь и беседуя с остальными, но едва Ларс встал и, вежливо попрощавшись, решил отправиться к себе, вслед за ним встал и Ганс Вебер, попросив отойти с ним в сторону.

Не придав этому особого значения, Ларс согласился побеседовать наедине, тем более, что беседа с таким человеком стоила весьма дорого.

Он сразу догадался, что мастер закажет у него очередной портрет. Так оно и вышло. Но всё дело оказалось в том, чей это был портрет. Оказалось, что любящий дядюшка хочет заказать портрет своей любимой племянницы.

Услышав пожелание заказчика, молодой художник сильно побледнел и на миг даже потерял дар речи. Сердце его бешено заколотилось. Тут же заметив волнение своего юного собеседника, мастер понимающе улыбнулся. На его вопрос, когда он сможет приступить к работе, чтобы прислать к нему свою племянницу для позирования, тот, не медля и секунды, ответил, что завтра же.

Немного удивлённый таким ответом, мастер Вебер согласился, сказав, что племянница прибудет в его мастерскую завтра же, после утренней трапезы. На том и было решено.

Всю ночь Ларс не мог сомкнуть глаз, уснув лишь под утро, да и то лишь на час. Едва открыв глаза, он вскочил с постели и, наспех одевшись, помчался в собор, чтобы испросить у брата Иоганна свободную неделю.