Дни Солнца

Передохнув, лейтенант подошел к полицейскому фургону, открыл дверь и что-то сказал внутрь. В проеме показалась усатая физиономия с сержантским погоном под ухом. Затем из фургона вытолкнули спекулянта. Он был уже в наручниках и с подбитым глазом. Лейтенант подвел его к машине Андрея.

– Вперед. – Андрей указал на место рядом с водителем.

Из носа у спекулянта вдруг пошла кровь. Правая нога, которую он приподнял на носок, крупно и безобразно дрожала. Лейтенант усадил его в кресло, водитель протянул салфетку.

Собравшись закрыть дверь, Андрей едва не ударил свою недавнюю знакомую, сердитую девочку – та заглядывала из-за его плеча в переднюю половину салона, где сидел спекулянт. Как будто зная, что ее не остановят, она легко шагнула внутрь – при этом оперлась на колено Андрея, и он несколько сдвинулся, – протиснулась к спекулянту, встала между его коленей и внимательно присмотрелась к нему. Увидев на лице брата кровь, она прижалась к его груди и горько, стараясь не открывать рта, заплакала.

Чувствуя, что ему становится тяжело дышать, Андрей вышел из машины. В своей руке он увидел трубку телефона, поднес ее к уху и сжал так сильно, что послышался хруст. Подъехал джип с гвардейцем свободной смены.

– Опресноков, 13, – сказал Андрей своему водителю и кивнул на спекулянта с сестрой. – Ждите меня. Отвечаешь за них головой.

Водитель пожал плечами.

– А вы?

– А я… за телевизором. Тут рядом.

Андрей сел со свободным гвардейцем в джип, попросил обождать, пока машина со спекулянтом развернется в тупичке, объедет их, и сказал двигаться следом.

Они возвращались прежней дорогой, плутая по улочкам старого города. Андрей поглядывал за машиной, ехавшей недалеко впереди. Близкие, но поднятые чересчур высоко вывески магазинов можно было прочесть, лишь прильнув к стеклу, нужной среди них не попадалось, и вскоре он забыл про телевизор, попросту разглядывал дома. Старый город он любил, но плохо знал. Однажды в детстве он заблудился здесь и добрых полдня гулял как ни в чем не бывало – приветливые старухи угощали его конфетами, огромные ручные собаки степенно обнюхивали, а одна мадам, спутав с собственным сыном, сказала идти домой.

С тех пор он воспринимал эти улочки как аттракцион, луна-парк, в котором взяли, да и поселились смешные люди. Отвернувшись от окна, Андрей снова взглянул на машину впереди и увидел, как с крыши ее сорвались и отлетели три белых облачка.