Монархическое (учение). II том

Его звездная мечта была подняться над всем этим, над синагогой или иешивой какой-нибудь до флагштока, где обычно развевается американский флаг и насколько долго позволит одна старческая рука, … вскинув приветственно другую руку вверх – Зиг Хайль! – кричать, и что бы внизу пугались и разбегались. Но вообще-то будучи человеком прагматичным он даже не ест что бы не тратить денег, причем так много, вернее так долго между ним и органикой не видели никакой связи что пришлось кинуться к зеркалу посмотреть нет ли надкусываний в характерных местах на венах? К тому же он часто обещался всех жителей общаги уничтожить как заснут.

Но часового решили не выставлять, все знали что он добрый. Он бы даже если и перерезал всех, то только за дело правды и ради нас же самих. За нее – за правду-матушку, как ни наймешься с ним на какую-нибудь работу, он готов горой стоять, раза по два за смену подходя с чем-нибудь поувесистей убивать, но по большой доброте своей оставляя шанс. Это наоборот все его мучают своей беспросветностью. И от тех же самых евреев ему пришлось сильно пострадать, когда его сожительница по квартире ехидно спрашивала: – А как вы Яков Михалыч (?) решите еврейский вопрос? Это же была чистая провокация задавать такие вопросы ему! Это все равно что выпускать из рук бронспойт, с большим напором конечно, он бы решал его решительно!!! И объяснив как, на следующий день потерял кров над головой, будучи попрошен оттуда с силой, и вынужденный ночевать на улице, пока снова не стало лучше в общаге. Евреи как всегда зря возмущались, он, Яша почти уже не делал никаких особых отличий им с другими национальностями. Я даже так подумал что его смело можно ставить министром по национальным отношениям в моей имперской канцелярии. Никто не почувствовал бы при нем предпочтения, потому что в таком Вавилоне, он, Яша, к настоящему времени уже имел возможность поиметь дело со всеми народами мира. Я сам лично видел и переводил на английский как он своих нанимателей на работу на склад израильтян и Тринидад и табагцев называет животными и очень сильно их… не обижает, но изумляет, что они же еще и животные оказались у него. Потом им дорого может обойтись. Но самое главное только с Яшею наконец-то решиться кажется невозможный еврейский вопрос. Нет я не в том смысле что дам ему решать, но получить тот же эффект с гитлеровским гуманизмом – эффект клина вытесняемого клином, и разрешения тем самым от постоянной еврейской нойности, только при Яше останущейся незамеченной.