Монархическое (учение). II том

Как спорно!? Не было гола!! На линии было!!» … – «Если на линии значит был гол!» … – «Смотри вы так откровенно его толкаете что вам не только пенальти, но и удаление было бы, если бы это было на настоящей игре!» … Кто изчувствуется что это бахвальство, не оказав должное детской привилегии и не обратив внимание что и в детстве можно облечься духовными силами на чем-то, то и тебе останется только ныть под руку, тот не сильный в мире сем и точно такой же стороны нытик с результатом достигаемым только ноем и требованием привилегий наноенному своему, шум по субстанции чего стоит большой.

Кто требует к себе внимания, кто не хочет того то и того, и т. д. и т. п. Понимание силы как духовного достижения на всем и во всем, смешалось требующими своего балластного, удобного требователю, мешающего истине. А ее нужно выискивать постоянно, с удовольствием раздвигая господ – стоперов, заваливателей и заслонятелей. И это не только в футболе. И ты тогда будешь сильным? – хоть даже если и самому себя хвалить придется потом. И все будет так же отлично получаться, как у меня тогда. Разозленные и разгромленные собрались они на улице меня бить, но даже и это не смогли, хотя, я и поступил ошибочно, думая что они еще хотят сыграть в футбол на снежной площадке, где ждали, и я самым наивно-ошибочным образом сказал: что здесь плохо и тем парализовал их действия. Меня вообще-то по-хорошему так никогда и не били, что даже удивительно, потому что собирались много раз, хотя бы даже за то что я был король и у меня был самый большой двор в Красноярске, считай половина внутреннего у девятиэтажки до арки и весь огромный задний пустырь, между трамвайной линией, частными домами и снежным городком, на котором на игры собиралось до сотни и все знакомых друзей. Иначе приуготовила мне школа. Во класс подобрали —питомник лающий, во зоопарк, почти вся фауна и частично флора была представлена и те кто не выявился по кличкам, тоже зверье неведомое представляли. Одни закадычные самые дружки поросенок и баран составили самую постоянную, незабвенную не побиваемую компанию в потасовках на более чем тысячи переменах за все года числом под восемь, во имя чего мы месили, лупили, трепали, валяли, мяли, таскали: за волосы в основном белобрысые, подметали друг другом полы и поднимали все к верх ногами, оно же на уши ставили, в школе, причем это не для красного словца было сказано, а было кем-то сторонним верно подмечено, ведь вслед за нашими метелями в них вливался весь наш классный зверинец.