Кипрские частушки

Утренняя Ларнака хороша той особенной туристической красотой, когда просто идти по городу это уже великое счастье. Вчера я плавился в депрессии, а сегодня иду, глядя в эйфории на всё это средиземноморское великолепие. Здесь даже сама мысль о том, что человеку нужно как-то выживать, кажется мне кощунственной. Но Ларнаке меня не обмануть, потому что в азартные игры я не играю принципиально. Ларнака это рай, но пока лишь выставочный образец для тех, кто не в теме. Буду вникать. Важно не сойти с ума от изобилия, которое будет щипать меня за икры.

О, да! Одна из самых радикальных мер воздействия на психику человека, это отнятие у него денег через искушение едой. Я не раз в шутку заявлял, что чтобы стать богатым, достаточно просто не есть. Но как только Ларнака перестанет предлагать себя в виде тех или иных услуг, то она тут же погибнет, как погибла однажды Помпея от пирокластического удушья. Жаль, что я не принадлежу пока к тому высокоразвитому типу людей, которые пробавляются исключительно духовным. В детстве я был обычным советским ребёнком, которого так же пугали мои опекуны, что, мол, если я не буду хорошо кушать, то больше не вырасту! И вот, я вырос, а вместе со мной эволюционировал и мой желудок, глазами которого я теперь уныло стреляю по лоткам с продовольствием и даже свежевыловленная рыба в кусочках льда на противнях, и та не смущает меня своей кулинарной незавершённостью. Готовый оттяпать всё что жуётся, между тем я понимаю, что путь к столу, заставленному едой, сегодня у меня пролегает через как минимум восьмичасовую пропасть. По афинскому опыту знаю, что в прилизанном центре ловить особенно нечего, поэтому сегодня я всё же спущусь сначала к набережной, поближе к общепиту, так сказать. Да, на Кипре много чего похожего с Афинами, но только здесь более по-деревенски всё. В принципе, те же магазинчики кругом, лавочки и кафении, много таверн, обычных и специализированных рыбных, много кафешек на свежем воздухе, со столами и стульями, выставленными прямо у дороги. Отчего-то мне опять пришёл на ум, но теперь уже сюжет из блокбастера «Белое солнце пустыни», где три аксакала недвижно сидели под дувалом, а другой лежал перед ними и дремал. (смайл) Невозможность изменить что-либо вне себя, рикошетом бьёт по тебе самому. Да, импровизация, но при наличии стратегической цели: для чего, зачем. Человек это высокоточная ракета и если она сбивается с курса, то может угодить куда угодно. Моя цель? Пока не скажу. Вообще-то, у меня их несколько.