От раннего мая до позднего июня…

Вот и сейчас он обозревал прекрасные виды южных склонов, покрытых снегами, и блескучую змею реки и грандиозные осыпи ее высоких северных берегов. А там внизу он был бы слепым котенком.

Краски видов с уступа над рекой

Расслабленный покой третьего дня пути раскатывал чистый лес к первой точке сегодняшнего задания – к впадению реки Ябеда. Она должна послужить дальнейшей магистралью в глубину сахалинских сопок.

Попался топор. Он торчал в расчалках березы отсвечивая синей советской изолентой.

С первого взгляд было ясно понятно для чего он там дежурил. На этой же березе торчала большая шляпа чаги и проходящий путник легко мог присвоить ее себе используя заботливо оставленный топор.

топор и чага

В этом районе они не шкалили высотами, далеко не мечтая не то что о тысячи, даже о восьмистах метрах. Только характера они были злого, матерого. Скалистые их отвесы были вписаны не только в название Скалистого хребта. Вот только храбрый глупец еще не почувствовал это.

Первая часть пути, которую он пока и топтал; состояла из мягких сопок, состоящих из хрупких лессовых пород, от чего русла ручьев были глубоки, а цвета их вод мутноватыми, что отражалось и на непрозрачности течения и Красноярки в районе Быковских порогов. Чем выше по реке, тем чище становилась вода, что было грозным буревестником грядущих перемен в характере сопок. Всего этого бедолага еще не знал, что было к лучшему, пусть насладится относительной простотой жизни.

От того, что было просто – и рассказать нечего. Лишь легкие буераки лесных ручьев и остатки былой линии электропередач к местам добычи леса.

Советский изолятор

Главное было не пропустить спуск к реке. Пологий берег так далеко уходил от нее, что все признаки реки потерялись, как Фуджи-яма в тумане. Мудрый Джипиэс прибор подсказал, что пора.

МЕСТО ВПАДЕНИЯ ЯБЕДЫ

Было тривиальным донельзя, а обмелевшая река давала шанс для переброда ее в сапогах, как помнится далеко не болотных.

Болезненно поглядывая на края сапог, рядом с которыми шипела вода, ему удалось без захлебывания внутрь оказаться на том берегу. Странно, а вот Ябеда не пускала так легко с берега на берег, не потому, что была изрядно глубока, нет… Все дело было в скорости течения. При небольшой, казалось бы глубине, скорость потока ярилась забраться выше дозволенного, поднимаясь крутой волной во время втыкания в сапог.