От раннего мая до позднего июня…

Путешественник вздохнул и вынужден был неудобно лазать по прижимным берегам и это совсем не способствовало скорости, поэтому мысли об озере переносились на завтра.

крутые склоны постоянно выдавливали с берега на берег

Полдень совсем уж было перебрался на другую сторону, когда возникла необходимость в обеде. Длинные прибрежные поля демонстрировали коварное гостеприимство на которое приходилось соглашаться, потому что в тень лесного хозяйства уходить не хотелось, это далеко не лето.

Солнце хорошо поджимало на открытых местах, а в теньке холодил ветер.

Человек устроился на длинной полосе открытости, которую еще не захламили гигантские травы, и в частности крапива. Все же она немного портила жизнь своими короткими и свежими побегами, втыкаясь в расслабленные ноги отдыхающие в тапках. Приходилось быть начеку, чтобы реже повизгивать отдергивая очередную ногу от мелкой зеленой заразы.

Обед явно пошел на пользу, да и терраса поспособствовала более веселому продвижению.

Сапоги вновь были закинуты назад и трековые ботинки легко топтали оба берега реки. В этой части ее имелось много поваленных через поток деревьев и при первом желании перебраться, можно было просто воспользоваться богатством предложений. Один раз лишь он было отчаялся, но все ж даже в этом случае нашлось одно упавшее благоразумие и сапоги не надобились час за часом.

Правым берегом часто шли высокие, плоские берега с хорошей возможностью уверенного продвижения и если бы не выходящие откуда-то сбоку ручьи, которые устраивали безобразные овраги, то и жалиться ему было бы не на что.

Крутые и скалистые горы подступали, что стало выражаться в общем снижении комфорта. Сначала пришлось запрыгивать в сапоги для переходов, а вскоре так и вообще остаться в них жить.

МГНОВЕННО ВСЕ ИЗМЕНИЛОСЬ

Изменения коснулись худших сторон. Былая широкая доступность похода остановилась у входа в скалистые ворота из которых бежала речушка.

Здесь и пришлось уйти в сапожную эмиграцию уже навсегда в этот день.

При входе в ущельице на себя обратил внимание странный обкусанный гребень длинной скалы, выглядело так, как будто-то кто-то из людей сделал это искусственно, но все же нет. Речка побежала обходить вытянутый скалистый берег. Вместе с ней, чертыхаясь брел и он. Вода была повышенного характера и приходилось ступать аккуратно у берега, местами прыгая по топляку.