Баронесса из ОГПУ

Если же Перова не трогать, я смогла б найти общий язык с ним через жену, чтобы он действовал в рядах диверсантов, но на нашей стороне.

– Погоди-погоди, у нас есть приказ – найти преступника, укравшего народные деньги. Приказ этот никто не отменял. И мы за невыполнение его ответим по закону. Понимаешь?

– Но ведь первоначально нам нужно было схватить укравшего деньги преступника. Теперь, когда мы знаем, что его похитили и вынудили пойти на преступление, чтобы затем задействовать в диверсии, зачем его арестовывать? Его надо перевербовать и использовать против наших врагов.

– Зоя, ключевые слова: «Надо перевербовать». А если тебе это не удастся? Чтоб поставленная задача была выполнена, ее решение должно быть безальтернативным и предельно понятным. С Перовыми не все так просто. Одного желания и горячих слов тут мало.

– Хорошо, а что, если представить, что вы ничего не знали о нашем разговоре с Перовой. Я вам ничего не докладывала. Василий Петрович, можно мы будем считать…

– Нельзя. Считать мы будем так – все последующие шаги теперь ты станешь строго обговаривать со мной! И без моего личного разрешения никаких инициатив! Поняла меня? Никаких!

– Поняла.

– И я о том же. Что касается твоего плана. Времени на поиски других путей у нас, к сожалению, нет. И это единственное, из-за чего я соглашаюсь с тобой. Раз уж так все закрутилось, будем считать, что упавший в воду, как говорится, дождя не боится. – Рощин достал из кармана брюк носовой платок, отер лоб и выдохнул: – Будем считать, что у нас осталась последняя возможность успешно завершить операцию – связаться через жену с Перовым и склонить его к работе на нашей стороне.

– Его согласие можно расценить как явку с повинной. Желание искупить вину. Можно ведь, Василий Петрович?..

– Хитра ты, Казутина, ох, хитра. Что ж, может, оно и хорошо. Да. На сегодня это – шанс, который упускать мы не имеем права. Попробую убедить высокое начальство, но ничего обещать не могу. Касательно тебя, Зоя, действуй осмотрительно.

– Ясно, Василий Петрович, – выдохнула Зоя. – Извините, конечно, но я сомневалась, что вы посчитаете возможным принять мой план.

– Так ты ж меня за горло взяла, – невесело усмехнулся Рощин. – Да и… нам сейчас с тобой надо держаться по одну сторону баррикад.