Гроза над скудельницей

Особенно многим нравилось, что она в быту, в обычной обстановке, оставалась простой девушкой, в меру вредной, капризной и брезгливой; когда ситуация становилась критической, например, поломалась машина в глухом поле, на улице гроза, кругом грязь и необходимо пилить пешком – мгновенно менялась. Отрывала без сожаления каблуки и смело делала, чего требует ситуация, без лишних истерик, слёз. Потом, когда приходили домой, конечно, могла потрепать нервы тем, из-за кого попала в нестандартное положение… то скорее порядка для, а не вредности ради…

Последний месяц, начальник, хороший приятель отца, принялся уделять Расковой отдельное внимание, едва ли не тонко намекая на дела постельные.

Признаться, девушке льстило, когда на неё «клали глаз» мужчины немного старше возрастом, солидные, обеспеченные… не настолько же! Максим Романычу перевалило за тридцать пять, в то время как ей самой неполных двадцать четыре. Отсюда произошёл конфликт с отцом, Иваном.

Екатерина не знала, как намекнуть папе, мол, – «Поговори с товарищем, он меня к сожительству склоняет!», – оказалось… батя в курсе и сам не против! – «Романыч состоятельный и культурный человек! Немного пошловат, да ты его исправишь.

Не женат, детей нет, денег полно – отличная партия!» – твердил папа. Обиделась тогда Катя сильно, очень…

Иван понял свою оплошность и долго не мог выпросить у дочери прощения. Он догадывался: у девочки появилось увлечение, связанное то ли с туризмом, то ли ещё чем, не просто же она второй год ходит по магазинам: «Рыболов», «Турист», «Охотник»; да и посещает аналогичные сайты в интернете.

Решил сыграть на этом, сблизиться, помириться с ненаглядной дочуркой. Сына вот упустил, разругались: Женька пару лет назад уехал в братскую Беларусь, в Минск, женился, а отца с матерью не позвал на свадьбу, одна Катя ездила… дочь теперь хоть сохранить надо.

Подобрав вечер, когда у Екатерины было более или менее хорошее настроение, связанное с долгожданным увольнением от его приятеля, Иван начал искать подходы к младшенькой.

– Что за увлечение у тебя? Палатки смотришь, спецодежду, ножи… у Женьки, брата твоего, подобное вспыхивало году в две тысячи седьмом-восьмом, когда он в «Сталкера» переиграл.

– Бать! – Скорчила гримасу и отмахнулось рукой Катя, показывая, чтобы не дошкурял, – тебе заняться нечем? Иди, наверное, дальнобойщики заждались.

– Зачем напомнила? – Серьёзно расстроился Расков и, взяв табурет, поставил его возле компьютерного кресла дочери, – я мириться хочу.