Петушки обетованные. В трех книгах

Когда Ольга засобиралась в Дивеево, а это день пути на машине, дочь ее, медсестра, ложилась на дверь, как на амбразуру, не пускала. Когда же поняла неколебимость матери, насобирала целый мешок таблеток, пилюль, ампул, шприцев.

Пока мы с Ольгой воевали каждый сам с собой, мои монахини уже устремились к лесенке. Первая Варвара, за ней Людмила. Я ведь знаю, не блещут они здоровьем, хвори постоянно одолевают, то одно, то другое, а тут такая спокойная решимость. При виде их у меня наступил перелом, появилась какая-то легкость, уверенность.

Но то была не та уверенность у обреза двери, когда отделяешься от самолета, встаешь на поток, падая, выполняешь комплекс фигур и потом раскрываешь парашют. Там присутствует расчет. Уверен, что правильно уложил парашют, что умеешь владеть телом в падении, когда воздух струится меж пальцев, как вода, знаешь, как соблюдать правила безопасности, если вдруг закрутит. У источника это чувство шло только от веры, от глубокого осознания своей защищенности Тем, Кому принадлежит мир.

Когда спускался по лесенке и щупал ногой дно, тело стянуло, сдавило ледяным панцирем. Последним усилием произнес: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь» – и окунулся. Сил хватило только на три раза. Многие паломники после омовения говорили о последующем комфорте, тело, мол, горит огнем. Я этого не почувствовал, но ощутил какое-то сладостное обновление.

Последней решилась Ольга. Она геройски выдержала испытание, и сердце не лопнуло.

Александра Федоровна, которая деликатно не присутствовала при нашем испытании, увидев мою мокрую голову, вся засветилась, молча вынула свой синодик и предложила мне вписать туда всех, кого пожелаю. Ежедневное поминание о здравии на литургии у мощей преподобного – это, конечно, была высшая награда.

По возвращении я замер. Прошло три дня, контрольный срок при простуде. Никаких признаков. Минуло еще несколько дней. Самочувствие нормальное. Я понемногу стал смелеть, позволяя себе расширять границы дозволенного врачом.

Примерно через месяц я наконец понял – по великой милости свершилось чудо.

У Ольги то же самое. Давление нормализовалось. Она полностью отказалась от лекарств и почувствовала себя вполне здоровой.

Где же границы чудес? А их, наверное, и нет. Вся наша жизнь – сплошное чудо, только надо научиться его видеть, пропускать через себя и благодарить Создателя. Это изначально дано без исключения каждому.