Пять сказок о художниках

Плут заранее прознал про все привычки и пристрастия принцессы, и теперь ему не стоило особого труда завладеть её вниманием и признательностью. Разумеется, такой подарок быстро растопил холодность Марии.

– Ах, как изумительно! Какая вещь, да это же просто загляденье!… Как же должно быть замечательно она будет смотреться на моём любимом жеребце! Ну что за чудо,… ах, мне не терпится примерить её на него… – радостно разглядывая уздечку, не скрывая своего восхищения, затараторила принцесса. Матовый блеск жемчуга и серебра словно околдовал её.

Какая-то магическая загадочность струилась в этом блеске.

– Так в чём же дело,… идёмте на конюшню, и прямо сейчас примерим её… – будто ожидая такой реакции Марии, моментально предложил Карамболь и для большей решительности протянул ей свою руку. Принцесса даже и раздумывать не стала, схватилась за неё, и быстро увлекая за собой Карамболя, тут же устремилась на выход.

– Куда же вы? А как же карнавал?… – пытаясь их остановить, крикнул вслед король, но его призыв мгновенно затерялся где-то в шуме всеобщей суматохи маскарада.

– Да оставь ты их в покое,… не видишь что ли, у них всё складывается как ты и хотел… – вежливо одёрнула его королева.

– О да, ты права,… пусть идут, развлекаются, а мы с тобой пока с другими гостями разберёмся! Вон смотри, их уже целая вереница выстроилась… – вмиг успокоившись, откликнулся король, и уже совершенно не волнуясь за свою дочь, как ни в чём не бывало, будто она ушла с кем-то таким кого они знали целую вечность, продолжил принимать скопившихся вельмож.

Было совершенно очевидно, что король с королевой, попали под какое-то странное едва ощутимое, но такое действенное колдовское очарование своего чёрного гостя.

И это так, Карамболь с каждой минутой становился всё сильней и влиятельней. Магические силы колдовства стремительным потоком наполняли его существо. И чем больше их в него вселялось, тем настойчивей он оказывал своё влияние на всех окружающих и, конечно же, в первую очередь на принцессу.

Заклинание его старой тётки-ведьмы начинало действовать, и с каждой секундой это становилось всё заметнее. Едва они с принцессой вошли в конюшню, как он, быстро отбросив в сторону все остатки былого приличия, развязано заявил.

– Ну что же,… ты Мария давай примеряй мой подарок на своего жеребца, а я пока погляжу, что там ещё за лошади имеются! – резко перейдя в обращении на «ты», воскликнул он, и живо устремился к роскошному чёрному коню, что стоял неподалёку.