Римская сага. Битва под Каррами

И теперь он понимал, что такая любовь не могла продолжаться вечно.

Лаций вздохнул и закрыл глаза. Тхао с благодарностью прижалась к его руке и что-то тихо прошептала. Её природная ласка отвлекла его от неприятных воспоминаний, и через некоторое время в памяти остался лишь едва заметный след грусти. Он посмотрел в глубокие чёрные глаза Тхао и провалился в них, как в пропасть, не думая о прошлом и будущем, стараясь забыть обо всём и раствориться только в настоящем. Тхао была красивая и страстная девушка, но Лаций понимал, что скорее жалеет её, чем любит.

Она тоже чувствовала это, и отчаяние мучило её ещё сильнее. Чтобы не думать об этом, Тхао старалась затушить свою боль обильными любовными ласками.

В небольшом окне виднелся кусочек неба. Оно тоже было чёрным, как и вся комната. Лёгкая дымка висела в воздухе ещё с вечера, и с наступлением ночи она полностью скрыла на небе все звёзды. Было уже далеко за полночь. Юная красавица тихо спала у него на груди, прижавшись щекой к круглому чёрному амулету, а Лаций гладил её по голове и смотрел в небо.

Он думал о том, что где-то там, вдалеке, за ними сейчас наблюдает Ларнита.

ГЛАВА ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ С ТХАО

В тот день они почти не разговаривали. Тхао плохо себя чувствовала и говорила, что могла бы остаться с ним, если бы он взял её с собой в поход. Она знала, что в лагере римлян многие богатые всадники и даже легаты держали рабынь. Но Лаций только качал головой и вздыхал. Он не мог этого сделать. И, понимая это, она всё равно просилась.

Купец Талакуб, которому Лаций продал Тхао, обещал не тревожить её несколько дней, чтобы дать выздороветь. Тхао жалась к Лацию, как тень, и всё время плакала. Он молчал и просто гладил её по голове. И это ещё сильнее отдаляло его от несчастной рабыни. Если мысль об Эмилии заставляла сердце Лация бешено биться, то о расставании с Тхао он думал с тихой грустью, замечая, что в душе уже давно попрощался с ней и теперь его мысли всё чаще и чаще возвращаются к предстоящему походу.

В конце она протянула ему мешочек с травяными шариками. На немой вопрос и удивлённо поднятые брови Тхао тихо ответила:

– Это хорошо. Это от жары и солнца. Это трава большой реки. Запивай водой. Это, чтобы ты не терять глаза и мысли, когда жара. Жаль, я тебя больше не увидеть, – слёзы снова потекли по её красивым щекам. Как приятно было слышать тихий шёпот её пухлых губ! Лаций чувствовал, что нужен этой юной красавице, но не мог ответить ей взаимностью.