Роман с «Алкоголем», или История группы-невидимки

Было довольно страшновато, но лихой братве мы почему-то понравились и даже великодушно были приглашены за стол к «папе», где хлебосольно потчевались экзотической тогда текилой.

Так что, выходит, с П. было вполне и забавно, тип он был в общении преоригинальнейший и вовсе не изувеченный окончательно характерными армейскими закидонами.

Ну а что все сказочные посулы оказались банальнейшим фарсом, и то, что, изящно заняв у нас, у дурачков сто баксов – всё, что было еле накоплено нами для отъезда, дабы «завоевать красавицу Москву» (деньги по тем нищим временам почти баснословные), Саша П.

ожидаемо скрылся в неведомом даже ему направлении, это…

Что ж, это была, наверное, законная оплата его блестящего циркового трюка. Да и многострадальные бабосики эти много позже он нам всё же, нехотя, но вернул. Видимо, устыдившись, что «будущие звёзды» (а до Нижнего уже долетели неприятные многим в этом городе слухи о контракте заносчивого «Алкоголя» с легендарным Бурлаковым) развеют зыбкий миф о его непогрешимости.

Правда, это уже были совсем не те «барские» деньги, которые, как известно, стремительно дешевеют.

Ну и что? Деньги деньгами, а интересный человеческий экземпляр – это товар штучный. Нет, честно, никаких обид, Сань! Было весело!

И наступила эпоха «кибо?ргов»…

Девчонки, милые, боюсь не осилить вам этой специфически-скучной главы, но я, всё-таки, постараюсь галантным кавалером развеселить вас – спляшу, буду шевелить ушами, но не брошу вас в этой душной мужской раздевалке.

Ну а вот всякой особи «мужеска пола», конечно же, известна эта уморительная в своей серьёзности субкультура – качки, культуристы, в общем, бодибилдинг, парни!

Каждый, даже самый забитый «чепушилка» с унизительных школьных лет мечтал, жаждал и вожделел заполучить эти завораживающие бугры под кожей. Не избежал этой постыдной страстишки и ваш покорный слуга.

Класса эдак до четвертого я был тощий, как велосипед, а потом мои жалкие косточки покрылись ещё и подростковым подлым жирком. Я просто видеть не мог в зеркало этого своего нескладного чмошника-двойника. Прошло ещё несколько лет мучительного мезальянса между ощущением себя высоким и ладно сложённым подонком и тем, что виновато поглядывало на меня из Зазеркалья.

Но вот пришла эра спасительного Культуризма.