Собор у моря

Трое всадников на крупных боевых лошадях галопом ворвались во двор: управляющий и двое вооруженных людей. Бернат обратил внимание, что лошади не были в полном боевом снаряжении, как при обычном сопровождении сеньора. Возможно, их не сочли нужным снарядить для того, чтобы запугать простого крестьянина. Управляющий остановился немного поодаль, а двое других, когда лошади перешли на шаг, пришпоривали их вплоть до того места, где стоял Бернат. Лошади, приученные к боям, не остановились и набросились на него.

Бернат пытался отступить, но спотыкался на каждом шагу и в конце концов упал на землю, под копыта возбужденных животных.

Лишь тогда всадники остановили их.

– Твой сеньор Льоренс де Бельера, – крикнул управляющий, – требует, чтобы твоя жена пришла на службу кормить грудью дона Жауме, сына сеньоры Катерины!

Бернат хотел было подняться, но в это время один из всадников вновь хлестнул лошадь. Управляющий двинулся к тому месту, где стояла Франсеска.

– Возьми своего ребенка и иди с нами! – приказал он ей.

Франсеска взяла Арнау из люльки и пошла, опустив голову, за лошадью управляющего. Бернат закричал и попытался подняться на ноги, но едва ему это удалось, как один из всадников направил на него лошадь и снова свалил на землю. Когда Бернат опять попытался встать, все закончилось тем же: оба всадника, громко смеясь, играли с крестьянином, преследуя его и сбивая с ног.

В конце концов истерзанный Бернат, весь в синяках, остался лежать на земле, в ногах у лошадей, не перестававших покусывать уздечки.

Как только управляющий скрылся вдалеке, солдаты развернули лошадей и ускакали прочь.

Когда в доме воцарилась тишина, Бернат посмотрел на облако пыли, тянувшееся за всадниками, а потом перевел взгляд на волов, поедавших колосья, которые они только что топтали.

С того дня Бернат лишь по привычке заботился о животных, работал в поле, но все его мысли были заняты сыном. Ночью он бродил по дому, вспоминая детский голосок, который свидетельствовал о новой жизни и будущем, скрип люльки, когда Арнау ворочался, и громкий плач ребенка, требующего, чтобы его покормили.

Вдыхая воздух, наполнявший стены дома, Бернат пытался обнаружить в каком-нибудь уголке невинный запах его сына.

Что с ним? Где он теперь спит?

Его люлька, которую Бернат сделал своими руками, стояла пустая.

Когда несчастному отцу удавалось заснуть, он просыпался от тишины.